Загрузка...
Категории:

Загрузка...

Аттестационная работа Православная Церковь на территории Великого Княжества Финляндского в составе Российской Империи 1809-1917 гг

Загрузка...
Поиск по сайту:


страница2/7
Дата17.03.2012
Размер1.07 Mb.
ТипДокументы
1.1. Дарование императорами автономии.
1.2.Административное управление и положение православной Церкви.
1.3. Положение православного духовенства.
1.4. Миссия православной церкви.
1.5.Национальное развитие, образование и просвещение финнов. Отношение к русскому языку.
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6   7
Глава I . Период царствования Александра I, Николая I и Александра II (1809-1881).Политика широкой автономии княжества.


^ 1.1. Дарование императорами автономии.

Финляндия как таковая, со своим редким населением и бедностью, не интересовала Российскую Империю, но, начиная с основания Петербурга, для неё было важно защитить свою северную столицу и обеспечить выход в Балтийское море. Швеция или позднее независимая Финляндия, могли бы предоставить возможным противникам России свою территорию в качестве плацдарма для нападения во время какого-либо крупного военного конфликта.

На Тильзитском свидании(1807) между Александром I и Наполеоном судьба Финляндии была решена. В числе других секретных условий Франция предоставляла России возможность отобрать Финляндию от Швеции. Поводом к шведско-русской войне 1808- 1809 годов послужил отказ шведского короля Густава IV Адольфа (1792-1809) примкнуть к союзу Франции и России против Англии. В феврале 1808 года русские войска перешли шведско-русскую границу. В мае, после капитуляции Свеаборга, вся южная и средняя Финляндия находилась уже в руках русской армии. 17 сентября 1809 года заключён Фридрихсгамский мир, по которому Швеция уступила России Финляндию и часть так называемой Вестерботнии до р. Торнео и Муонио. Финляндия перешла по Фридрихгамскому договору « в собственность и державное обладание Империи Российской и стало называться Великим Княжеством Финляндским» 19.

Ещё до заключения мира, в июне 1808 года, последовало распоряжение императора Александра I о созыве депутатов от дворянства, духовенства, горожан и крестьян о подаче мнений о нуждах будущего княжества.

«После торжественной встречи в Борго, перед открытием сейма 15 марта 1809 года император Александр I издал следующую грамоту собственноручно им подписанную: «Произволением Всевышнего вступив в обладание великого княжества Финляндии, признали мы за благо сим вновь утвердить и удостоверить религию, коренные законы, права и преимущества, коими каждое состояние сего Княжества, в особенности и все подданные, оное населяющее, от мала до велика, по конституциям их доселе пользовались, обещая хранить оныя в ненарушимой их силе и действии, в удостоверении чего сию грамоту собственноручным подписанием нашим утвердить благоволили.»20

На другой день 16 марта на торжественном заседании открытия сейма Александр I произнёс на французском языке речь, в которой сказал: «…Я обещал сохранить вашу организацию (конституцию), ваши коренные законы: ваше собрание здесь удостоверяет исполнение моего обещания. Это собрание составляет эпоху в вашем политическом существовании…»21.

17 марта все четыре сословия принесли присягу о том,что «признают своим государем Александра I императора и Самодержца Всероссийского, Великого князя Финляндского, и будут сохранять коренные законы и конституции края в том же виде, как они в настоящее время существуют.»

Сейму было предложено четыре вопроса – о войске, налогах, монете и об учреждении правительственного совета. По обсуждении их депутаты были распущены.

По своём вступлении на Всероссийский престол Манифестом от 24 декабря 1825 года император Николай I подтверждал Финляндии все права и преимущества, доверенные ей Александром I.

Во всё царствование императоров Александра I и Николая I сейм не созывался.

Император Александр II, вступив на Всероссийский престол 3 мая 1855 года издал Манифест о сохранении за Финляндией дарованных ей ранее прав и привилегий. Также Александр II созвал 18 сентября 1863 года сейм, при открытии которого обратил внимание, что: многие постановления коренных законов княжества оказываются несовместимыми с положением дел, возникших после присоединения княжества к империи; другие без достаточной ясности и определённости. Александр II поручил составить проект закона, заключающий в себе пояснения и дополнения к этим постановлениям и рассмотреть его на следующем сейме через 3 года. «Оставляя неприкосновенным принцип конституционной монархии, вошедший в нравы финляндского народа и запечатлевший все законы его и учреждения, я желаю расширить в этом проекте право, принадлежащее уже сейму – определять размер и количество налогов, равно как и право предлагать проекты законов… при чём я оставляю за собой инициативу во всех тех вопросах, которые будут касаться изменения коренного закона…»22.

Речь Александра II была встречена восторженно всем населением Финляндии, не только представителями сословий на сейме. Сейм не созывался более пятидесяти лет. Финляндия сознавала всю пользу и важность императорской милости, которая представляла собой верный залог дальнейшего преуспевания края. На сейме 1863 года даровано финскому языку равенство со шведским . Накануне, в 1861 году, получено право на собственную монету – марку (1/4 золотого рубля.). И в 1869 году утверждён Александром II собственный сеймовый устав.

В составе России Финляндия получила довольно значительную автономию, располагая собственным парламентом- сеймом, правительством, судебными и исполнительными властями. Крепостное право не распространялось на территории княжества.

Данная политика широкой автономии княжества нашла своё отражение и в особенностях развития православия в нём.


^ 1.2.Административное управление и положение православной Церкви.

В Финляндии Александром I были сохранены в 1809 г. по Фриндрихсгамскому трактату религиозные, гражданские и политические законы «шведского» периода. Относительно православной церкви и ее положения ничего в это время постановлено не было. Это имело нежелательные последствия для православия.

Об административном церковном управлении говорилось в указе от 11 декабря 1811г23. по поводу присоединения Выборгской губернии ко вновь завоеванной Финляндии. Согласно этому указу, духовное ведомство церквей и монастырей православного исповедования оставалось на прежнем положении, под главным управлением Св.Синода и настоящего их епархиального начальства, присоединяя к этому ведомству все православные Церкви в Финляндии. Таким образом Св.Синод принял под главное свое управление православную церковь во всей Финляндии. Вместе с тем, существовавшее с 1741-1743гг. Выборгское Духовное Правление, непосредственно ведавшее делами Православной Церкви в Финляндии получило значение Финляндского и явилось посредником не только между православными церквями края и епархией, но и между означенными церквями и Финляндским гражданским начальством. Для более эффективной и полноценной работы с православными церквями края в 1841 году было создано Выборгское викариатство с епископом, подчиненным митрополиту Санкт-Петербургскому и Финляндскому.

Основные законы княжества признавали за лютеранской Церковью господствующее положение среди всех конфессий в финляндском обществе, тем самым оставляя за православной церковью место «терпимой»24, то есть одной из прочих организацией религиозных меньшинств. По закону 1772 года, определявшему форму правления Финляндией, права православных организаций и их членов были существенно ущемлены. Так закон ограничивал права собственности православных организаций и участие их в общественной жизни, создавая препятствия в культурной практике, запрещал православным занимать должности в государственной и местной администрации, иметь собственные школы, проводить миссионерскую работу и публичные церемонии, в том числе и крестные ходы. Существование монастырей на территории Финляндии было лишено всяких правовых оснований. Да и конфессиональный статус Александра I сам по себе вызывал нарушение основных законов Финляндии- в пункте, касавшемся вероисповедания правителя княжества. Шведский закон 1781г.требовал от него принадлежности к лютеранской Церкви, а император- великий князь являлся представителем православной церкви, к тому же ущемленный в правах. Это обстоятельство обязывало его принять меры к защите православия.

В обход финляндской законодательной практики император Александр I, а затем и его преемники издавали указы, направленные на расширение прав православия в княжестве. Так как финляндские законы запрещали существование на территории Финляндии любых монастырей, а тем более владение ими земельной собственности, то финляндское правительство в первые годы вело линию на их ликвидацию, и прежде всего, Валаамского и Коневецкого. Но лишь личное покровительство императора Александра I спасло монастыри от закрытия. Валаамскому и Коневецкому монастырям на всем протяжении периода автономии покровительствовали императоры, члены царской фамилии и влиятельные личности. Император Александр I возвел Валаамский монастырь в первый класс с соответствующим повышением штатных сумм. По личной инициативе основал для монастыря подворье в С.-Петербурге и построил там церковь, которую сам неоднократно посещал. Им же еще в 1812 году были сняты таможенные барьеры на пути судов Валаамского и Коневецкого монастырей через новую границу с Финляндией.

Одним из важных вопросов было определение даты празднования важнейших церковных дат, которые и в России и в Финляндии имели статус государственных и соответственно нерабочих дней. Еще при господстве шведов было установлено, чтобы православные священники отправляли церковную службу по уставу своей церкви в праздничные лютеранские дни, а прихожане обязаны были в таких случаях собираться в церковь, как бы в праздники, под угрозою штрафа за ослушание25. Император Александр I в 1816 году указал, чтобы православные жители отправляли свои праздники по уставу своей церкви и не подлежали бы ответственности, определенной шведскими законами за уклонение от чествования лютеранских праздников.

Кроме того, Финляндский сенат возбудил вопрос о суде над православным духовенством Финляндии. Сенатом предлагалось отправлять духовенство к духовному суду лишь по преступлениям против уставов Православной Церкви, причем если дело касалась их родственников принадлежащих к духовному сословию, то производство предполагалось совершать даже без депутата с духовной стороны. Таким образом, священно- и церковнослужители оказывались беззащитными перед инославными судебными местами. Для рассмотрения данного вопроса была создан особый комитет, куда вошли со стороны Финляндии члены Комиссии Финляндских дел, а со стороны Русской Церкви святители Филарет (Дроздов), в то время Тверской архиепископ, и Иннокентий (Смирнов), в то время епископ Пензенский. Составленный проект защищал православное духовенство и их семьи перед Финляндскими судебными местами.

Однако в 1826 г. Комиссия Финляндских дел вновь представила свой проект, практически не отличавшийся от первоначального. Данный проект был вновь рассмотрен Синодом и вновь отклонен, как нарушающий права православного духовенства. Святейший Синод утвердил положения проекта Особого комитета26.

Финляндская администрация не освобождала православных христиан Финляндии от платежей местному лютеранскому духовенству пасторских повинностей и от участия в постройке лютеранских церквей и пасторских дворов. И лишь в 1823 году указом этот вопрос разрешен в пользу православных.

До середины 50-х годов охрана большинства церквей производилась воинскими командами и только в 1859 г. это было отменено, поскольку приходская церковь «всегда имеет достаточно средств для найма из своих сумм сторожей, если в оных, по каким-либо причинам нуждается»27.

Однако православным солдатом было не запрещено охранять храмы по собственному усердию: «Если воинские команды, расположенные в г. Фридрисхгаме, - писал фридрисхгамский плац-майор священнику фридрисхгамской Петропавловской церкви, - по Вашей просьбе, добровольно пожелают предохранять храм и согласны будут ставить от себя часового в ночное время к церкви, в таком случае будет сей пост полагаться совершенно частным, в противном же случае он уничтожиться»28.

Смешанные браки между православным и лютеранами также позволяли лютеранской вере и обычаям непосредственно проникать в семью, что приводило к отхождению от православных норм поведения. Пасторы не относились к браку как к таинству, а лишь благословляли, как всякое дело. Но при этом использовали различные меры влияния для того, чтобы в смешанных браках дети были крещены в лютеранскую веру. Если у образованных и состоятельных людей возможны были какие-либо варианты, то в крестьянской среде издавна внушили, что согласие на брак с лицом лютеранского исповедания есть уже согласие на крещение и воспитание детей в лютеранстве. И сопротивление гражданской половины в таких случаях влечет за собой нежелательные последствия. Все это также подрывало православное понимание смысла брака и отношение к нему.

В особом манифесте от 20 марта 1812 года и в силу данного жителям Финляндии обещания свободного вероисповедания…постановлено, что «дети, рожденные от брачной четы различного вероисповедания, должны быть воспитаны в той вере, к которой принадлежит отец, не допуская о сем особенных договоров между брачными лицами, совершение же таковых браков должно быть по обрядам обеих церквей»29. Правила эти должны быть совершаемы только между коренными жителями Финляндии и признаны Св. Синодом 1832года. В Манифесте 1812 года относительно Финляндии правительство Империи прями выразило тесную связь вопроса о смешанных браках со свободою о вероисповеданиях, ибо, даруя Финляндии, вопреки мнению Св.Синода, особые постановления о смешанных браках, оно объявило, что делается это в силу данного жителям Финляндии обещания свободного вероисповедания.

В последующие годы лютеранским капитулам было запрещено вмешательство в дела православных приходов, последним дозволялось проводить публичные церемонии, в том числе крестные ходы, постепенно устанавливалась деятельность церковных судов и т.д.

Всего в 1820-1870-х г.г. царской властью было издано около 20 указов, которые касались хотя и частных, но важных сторон деятельности православной церкви. Эти указы наделяли православие необходимыми правами и ограничивали влияние лютеранской церкви на православное население. Финляндский сенат (правительство) с опаской относилось к подобной практике решений церковных вопросов. И в 1825 году в ответ на очередной царский указ, разрешавший православным гражданам занимать должности чиновников в государственной и местной администрации княжества, правящие круги Финляндии представили на рассмотрение царя проект о возвращении ряда волостей Выборгской губернии в состав российских территорий. Император Николай I отклонил проект, потому что возвращение волостей, населенных православными, означало утрату опоры на «наиподданную» часть населения княжества и не отвечало политическим интересам России в Финляндии30.

В полной зависимости от финляндского Сената находились православные общины, материальное положение духовенства и решение некоторых внутренних вопросов Выборгского Духовного Правления.

Так, например, в 1867 году были учреждены так называемые походные священники для духовного окормления, отправления церковных служб и треб для лиц и семейств, проживающих в отдаленных местностях. Так вот, до начала нового года Духовное Правление должно было предоставить проект маршрута каждого походного священника на одобрение финляндского Сената, который, утвердив маршрут, делал распоряжение об отпуске денег по предстоящим разъездам31.

Не благоприятствовало православной церкви в Финляндии еще и то обстоятельство, что все должностные лица были представителями лютеранского общества и значит все они или шведы или, по крайней мере, финны, но непременно лютеране. Таким образом, ни государственные учреждения Финляндии, ни состав должностных лиц не могли способствовать возвышению прав православной церкви. Собственные же средства и возможности православных финляндцев были чрезвычайно ограниченны. Православное религиозное меньшинство населения княжества составляли так называемые финляндские Карелы. Это особая этническая группа финского народа. Они проживали в основном в уездах и волостях северного Приладожья и Карельского перешейка и принадлежали к коренному населению этого края, основная масса которого в XVII веке покинула свою племенную территорию, переселившись в Россию, или была ассимилирована переселенцами-финнами в ходе оккупации области шведами, насаждавшими здесь лютеранскую веру32.

Принадлежность финляндских карелов к русской православной церкви являлась следствием многовековой ориентации Карельского народа в Россию. Православная вера являлась характерной особенностью его этнического самосознания. В сопредельных с Финляндией губерниях России- Олонецкой и Архангельской – проживали российские карелы, также исповедавшие православие. В XIX веке границы были открыты для широких хозяйственных, бытовых и конфессиональных контактов карелов Финляндии с соплеменниками, проживающими в России.

Среди православного населения княжества русские составляли незначительное, хотя и влиятельное меньшинство (священно- и церковнослужители, монахи, чиновники царской администрации, городское купечество).

Вне зависимости от разногласий в сферах власти по вопросу о государственно-административной принадлежности территорий религиозная обстановка в целом в волостях характеризовалась «добрым согласием» между православными карелами и финнами-лютеранами33.

Религиозные разногласия властей не осложняли русско-финляндские отношения в 1830-1840-х гг. В этот период было заметно стремление сторон к созданию системы взаимного доверия. Финляндская бюрократия, как и российская опирались на авторитет царя. Финляндское государственное руководство, создавшее для себя удобный чиновничье-бюрократический механизм внутреннего правления в княжестве, подчеркнуто лояльно относилось к империи. Современники оценивали состояние финляндского общества как стабильное.

Император Николай I был удовлетворен лояльностью финляндцев и говорил своим советникам, хотевшим урезать привилегии: «Оставьте финнов в покое. Это единственная провинция моей державы, которая не причинила мне беспокойства и неудовольствия» 34.

1850-1870-е гг. стали переломными в истории Финляндии. За эти десятилетия проведены буржуазные реформы, которые привели к ломке старого социально-экономического уклада и предопределили дальнейшее развитие княжества. Они также обусловили выход на внутриполитическую арену фенноманского движения, ставившего своей целью развитие «национального духа» финского народа и укрепление внутреннего самоуправления Финляндии на основе автономного статуса35 в составе российской империи.

Реформы 1860-1870гг., в том числе сеймовая, военная, экономическая, в области местного самоуправления и просвещения значительно усилили экономическую самостоятельность Финляндии, приспособили общественно-политическую жизнь княжества к потребностям буржуазного развития. Состоявшееся в результате буржуазных преобразований укрепление автономного статуса стало исходным моментом в политике так называемого финляндского вопроса в политике самодержавия. Вопрос о положении православной церкви стал его неотъемлемой частью.

Реформа местного самоуправления направлена на разделение светской и церковно-приходской общин в городе и на селе. Отныне устройство и содержание школ, домов общественного призрения, больниц, поддержка общинного хозяйства и сбор необходимых для этой цели налогов были отнесены к ведению мирской общины. Реформа тем самым устранила абсолютное господство церкви в делах общины и ограничила ее прерогативы собственно культовыми делами 36.

В результате возобновления деятельности финляндского сейма (1863г.) и сеймовой реформы 1869г., в ходе проведения которой были рассмотрены накопившееся вопросы церковного, уголовного, гражданского и экономического права, стало очевидно, то характер деятельности православной церкви «затрудняет» правовое регулирование общественной жизни в Финляндии. Вопрос о несоответствии положения православной церкви законодательству обострился вследствие реформы 1866 года в области просвещения37, а также в связи с принятием сеймом в 1869 году церковного закона, основанного на буржуазно- демократических нормах права и допускавшего выход финляндских граждан из лютеранской церкви. Законы значительно ограничили влияние лютеранской церкви на государство и общество. На основании этого устава утверждалось особое представительство лютеранской церкви в виде Церковного Собора, обязанного заботиться о благоустройстве финляндской лютеранской церкви ее нуждах. Заведование элементарным образованием лежавшем до этого времени на лютеранском духовенстве, было изъято из церковного ведомства и возложено на особое светское управление38.

При этом православная церковь оказывалась в более выгодном положении. Свобода вероисповедания не распространялась на православие, так как церковное законодательство Российской империи запрещало православным отказываться от своей религии, что в полной мере относилось и к гражданам княжества.

Данное обстоятельство послужило поводом для подготовки особого закона о религиозных меньшинствах (так называемого закона об иноверцах), который должен был определить также место православной церкви в обществе и княжестве в соответствии с основными законами и новациями в общественной жизни Финляндии. Но Александр II потребовал, чтобы будущий закон не ухудшал существующего положения православия. Лишь в 1889 году законодательный акт был все же принят, но его действие не распространялось на православных.

1860-1880-е гг. отмечены деятельностью многочисленных российско-финляндских комиссий, пытавшихся в условиях неопределенного правового статуса православной церкви выработать механизм ее деятельности в княжестве. При этом комиссии опирались как на царские указы, так и на действующее финляндское законодательство. Характерным и существенным признаком созданного механизма являлось то, что отношения приходских православных организаций с органами государственного самоуправления княжества и местной администрацией губерний, уездов, волостей строились по лютеранскому образцу. И все так называемые внешние дела православных приходов и, отчасти, монастырей финляндский сенат постепенно брал под свой контроль.


^ 1.3. Положение православного духовенства.


Указ о штатах православного духовенства и об управлении церквами и приходами Греко-российского исповедания в Финляндии был издан 2 августа 1823г.39 По этому указу православное духовенство в городах должно было получать одно определённое штатами денежное жалование из статных доходов Финляндии.

Оклады этого жалования были незначительны и недостаточны. Так, например, в соборном храме г. Выборга по штату полагалось настоятелю 1235 рублей в год, священникам по 385 р., диакону 300 р., причетникам по 214 р., просфорнице – 64 р.. Данная сумма отпускалась из Выборгского губернского казначейства через Финляндскую духовную консисторию. Со временем данный оклад не индексировался и вследствие инфляции данные суммы уже к середине XIX в. были весьма незначительны, поэтому в 1871 г. одна из причетнических вакансий была упразднена, а полагающаяся штатная сумма разделена между причтом40.

Необходимо учитывать, что в Выборе было достаточно православного населения (в 1872 г. около 73 домов (более 500 человек мужчин и женщин), не считая военнослужащих). Таким образом, место священнослужителя там было настолько выгодно, что находились желающие получить его, даже с обязательством по отношению к вдове и детям скончавшегося предшественника. Так священник Михаил Иоаннов-Каменский, неоднократно отмеченные епархиальным начальством за свое усердие в проповеди, при рукоположении обязался содержать на своем иждивении семью предшественника: матушку-вдову до смерти, а детей до их определения в казенные учебные заведения41. В других местах материальное положение духовенства было более худшим. Духовенству и церковным притчам сельских приходов денежное жалование не производилось, но на содержание их отводилось определённое количество пахотной и сенокосной земли. Кроме того, притчи пользовались сборами от прихожан, причём размеры и условия сборов устанавливались на мирских сходках в присутствии начальника губернии или уполномоченного от него или депутата со стороны православного духовенства. Эти условия представлялись на утверждение финляндского Сената. Было также принято постановление, что все надлежащие духовенству доходы, какого рода бы они не были, должны быть платимы священнику или притчу той церкви, к которой принадлежит землевладелец и плательщик по вере им исповедуемой. Этим указом православная церковная община в своих внутренних делах ставилась в полную зависимость от Сената, то есть от лютеранского правительства, получившего возможность участвовать в разборе и решении дел, касающихся приходской православной церкви, давать делам нужное направление в соответствии со своими интересами. Соответственно, на долю православных, получивших право на отвод земель, после того, как ими были наделены лютеранские приходы, оставались земли худшего качества и в меньшем количестве, что неблагоприятно отражалось на материальном положении сельского православного духовенства в княжестве. Если учесть, что священник сам вынужден обрабатывать землю и добывать себе пропитание, то времени и сил для пастырской работы остаётся немного. Разбросанность прихожан в сельских приходах и длительные разъезды отнимаю не мало времени и препятствуют другим его занятиям по приходу: надзору за приходской школой, обучению Закону Божьему в ней. Сбор десятины для сельского духовенства, лежащий на самом притче, чрезвычайно неудобен из-за разбросанности и бедности православного сельского населения, а также из-за неподобающей зависимости от паствы. Православное население состоит исключительно из крестьян, живущих земледельческим трудом, небольшого числа мелких торговцев, бобылей и работников. Все они, по вполне понятным причинам, весьма неохотно уделяют духовенству долю скудных своих урожаев. К тому же подобные сборы произведений сельского хозяйства вызывают постоянные недоразумения и препирательства. Несомненно, что положение сельских православных священников на приходах не позволяло им проводить свою работу на уровне, обеспечивающем процветание православие42.

Военным священникам жалование выплачивалось по особому штатному расписанию. Так священнику, состоящему при Гельсингфорском военном госпитале ежегодно выплачивалось 720 рублей ассигнациями43. В крепости Свеаборге Государевым именным Указом утвержден штат церкви Святого Благоверного Великого Князя Александра Невского, в соответствии с которым выплачивалось серебром: протоиерею 223р.5к.; священнику 205р.80к.; дьякону 128р.70к.; причетнику 57р.15к.; просфирне 28р.65к.; сторожу из инвалидов 2р.25к. Также выделялось: протоиерею на расходы как Благочинному 14р.25к. и на церковные расходы 42р.75к. Указом предписано: 1) денщики священникам и дьякону назначаются по положению, а квартиры с отоплением и освещением отводятся всем в казенных зданиях на основании общих существующих постановлений; 2) причетники и сторожа получают от казны обмундирование по образцу военных соборов и провиант по положению44.


^ 1.4. Миссия православной церкви.

Сильно препятствовало распространению влияния православия в княжестве то, что большинство местных жителей не понимало церковно-славянского языка, на котором велась служба. В 1844 году в отчёте Куопиокского губернатора сообщалось, что во вверенной ему губернии в двух православных приходах Иломанском и Либелице- Тайпальском проживает до десяти тысяч православных, вовсе не знающих русского языка и совершенно не понимающих совершаемого на церковно-славянском языке богослужения. Большинство священников в Карелии были русскими, слабо владеющими финским языком. До этого времени проблема не была решена, не смотря на то что в 1815 году Святейший Синод читать евангельские тексты в приходах Карелии на финском языке, а в духовных семинариях Петербурга и Петрозаводска было введено обучение финскому языку для тех, кто собирался стать священником в приходах княжества.

Чтобы решить проблему доступности и понятности богослужения в 1844 году преподавателю финского языка С.Петербуржской духовной семинарии, лютеранину Туомасу Фриману45 поручен был Святейшим Синодом перевод богослужебных книг на финский язык. Из многочисленных переводов его переводов были отпечатаны на средства Святейшего Синода пространный катехизис, служебник, часослов, краткий требник с опущением таинства елеосвящения, чины молебных пений, воскресная служба 1-го гласа, сокращённая праздничная минея.

Когда православные северной Карелии пожаловались на неэффективную просветительскую работу приходов, Святейший Синод постановил в 1865 году, чтобы в приходах княжества богослужение проводилось на финском языке. Это было после инициативы финляндского генерал-губернатора П.И. Рокассовского, когда он предложил Санкт-Петербургскому митрополиту Исидору «…сделать распоряжение относительно православного духовенства озаботиться обучением детей прихожан катехизису и краткой Священной Истории»46. При этом генерал-губернатор (сам глубоко верующий православный христианин) просил митрополита издать уже имеющиеся в финском переводе книги и найти способы сделать их доступными крестьянам. В своём послании он указывал на то, что развитие нравственного и религиозного образования является важной по значению и последствиям мерой политики империи. И Святейший Синод предписал православному духовенству княжества, «…чтобы оно…одушевляемое ревностью к делу… употребило возможное содействие к преуспеванию оного – изучением финского языка для назидания своих прихожан словом истины на родном их наречии»47. В этом предписании Синода содержалось требование к русским священникам в княжестве овладеть финским языком и использовать его в своей деятельности.

И в 1865 году царским указом от 6 июля было дозволено совершать богослужение на финском языке в тех церквях, где церковное начальство и местные чиновники сочтут это необходимым. После этого указа ситуация в православных приходах стала меняться. Если в 1850х годах все требы совершались в основном на финском языке, а богослужения на церковно-славянском, то в 1860х годах они стали всё чаще проводиться на финском языке, чему способствовала уже переведённая на финский язык и имевшаяся в Санкт-Петербургской духовной семинарии богослужебная литература48. После указов Священный Синод ускорил работу по переводу православных текстов на финский язык.

Во второй половине 1860х годов появилась первая школа при православной церкви на финском языке49.

Православные священники были близки к своей пастве настолько, что выступали ходатаями за них перед властями, за что и сами нередко претерпевали. Так священник Максимов подал жалобу на управляющего лехмяликскими каменоломнями Владимира Чернягина за жестокое обращение с работниками. Управляющий сумел оправдаться, а со священника было взыскано 6 рублей штрафа50.


^ 1.5.Национальное развитие, образование и просвещение финнов. Отношение к русскому языку.

Российские правители, дав финскому языку фактически и юридически право государственного, оказало тем самым огромную историческую услугу финскому народу, содействовав пробуждению его национального самосознания и формированию в нацию.

На финнов, находящихся под властью шведов, смотрели как на низшую расу, годную лишь для пополнения королевской армии солдатами. «Финский язык в самой Финляндии считался языком кухарок. Финны стыдились своей национальности и переделывали свои фамилии на шведский и латинский лад»51.

В 1850-х годах в самой столице княжества мало кто говорил по-фински и очень немногие понимали этот язык. В1875 году на университетских актах говорили речи по –фински, а к концу XIX века говорили почти все.

Проводимые реформы обусловили широкое национальное движение финнов, так называемое «фенноманское» движение, ставившее своей целью осуществить «финнизацию» всех сторон государственной и общественной жизни княжества. Противодействующие им «шведоманны» считали своей задачей сохранение не только шведского языка, но и всей шведской культуры, в том числе и государственного строя, сохранившегося со времен власти шведов. «Фенноманы» исходят из того, что чем больше будет образованных финнов, тем скорее и прочнее партия «фенноманов» достигнет господства в княжестве. Они сосредоточили свои усилия: на преодолении господства шведского языка в школьном образовании; на расширении сферы применения финского языка в качестве средства просвещения; добивались придания финскому языку статуса национального наравне со шведским.

Занимаясь политикой вытеснения шведского языка в интересах национальной самобытности княжества, сенат и сейм стремись не допустить школьного образования православных граждан Финляндии по русскому образцу. Они не желали допустить, чтобы карельское религиозное меньшинство стало источником распространения русского влияния на лютеранское общество. Так, почти во всех сельских приходах финляндской Карелии, преимущественно при храмах стали устраиваться начальные постоянные школы по русскому образцу на местные средства. Учителями в этих школах состояли, как правило, дьячки. Самой образцовой школой такого типа была при Салминской церкви, так как в ней завершался курс образования изучением церковно-славянского языка. Кроме этих постоянных школ существовали и по образцу лютеранских финские передвижные школы. Такая школа, одна на весь обширный приход, проводила двухнедельный цикл обучения в каждой деревне.

Из образовательных учебных заведений в княжестве после шведского владычества были элементарные школы, подготавливающие для вступления в тривиальные школы, которых было всего семь. Тривиальные школы являлись средними учебными заведениями подготавливали преподавателей и духовных лиц52. Гимназия в Або, учрежденная в 1828 году, перенесенная вместе с академией в Гельсингфорс и гимназия в Борго. Император Александр I еще в 1813 году признал необходимым преобразовать учебный процесс в средних учебных заведениях в соответствии с требованиями времени. И лишь в 1841 году составлено новое разделение школ, причем число их увеличилось. А в 1843 году составлен устав для средних учебных заведений (гимназий) и других училищ. По этому уставу школы делились на низшие первоначальные школы (1-2класс), где получали первоначальное образование; высшие четырехклассные начальные школы и гимназии с двумя-тремя классами, где и заканчивалось общее среднее образование. Это образование служило основанием для высшего университетского образования. Преподавание во всех школах велось на шведском языке. Народные школы были в упадке и польза их еще не осознавалась. Только одно духовенство занималось обучением крестьянских детей, для которых учреждались также и передвижные школы. Затем реальные потребности и интересы обучения вызвали преобразования устава в 1856 году, а затем в 1872 году издан новый училищный устав, по которому средние учебные заведения состояли: из лицеев- классических гимназий, подготавливающих к университетскому образованию; реальных училищ, готовящих к высшим специальным техническим училищам. Занятия классическими языками были уменьшены, но увеличены занятия шведским и финским языками. Кроме того, само преподавание в лицеях: на шведском – в восьми; на фиснком –в трех, а в середине 1880-х гг. из четырнадцати лицеев восемь были финскими, пять- шведскими, один- двуязычным53.

Император АлександрII, посетив в 1856 году Гельсингфорс, поручил финляндскому сенату представить свои соображения о способах облегчения устройства школ для народного образования в сельских общинах. После чего в 1863 году в Ювяскуле, в 1880 году в Сердоболе и в шести местах были учреждены особые семинарии для подготовки народных учителей и учительниц, которые будут преподавать в финских народных школах. В Сердоболе учительская семинария была с преподаванием Закона Божьего на финском языке для православного меньшинства учащихся. В 1866 году издано постановление 54 об устройстве народного преподавания в княжестве. Этим постановлением народные школы отделены от Церкви и подчинены особому центральному управлению и находятся под надзором инспекторов. Это вызвало определенное противоречие между финляндским Сенатом и Святейшим Синодом, стремившимся развивать школы в православных приходах княжества по русскому образцу, на русском языке и под контролем Церкви. Но в итоге обучение в начальных школах приходов стало вестись на финском языке и содержание этих школ всецело возлагалось на прихожан каждой церкви.

Университет, облагодетельствованный Александром I в 1814 год, сгорел в 1827 году в г.Або. Николай I приказал воздвигнуть новое здание университета. В главном городе княжества -Гельсингфорсе и именовать его впредь в память благодетеля Финляндии Александра I Александровским университетом в Финляндии. Университет получил в 1828 году новый устав, сохранивший все начинания и традиции. Новый устав 1852 года определял в университете 4 факультета: богословский, медицинский, юридический и философский, имеющий два отделения: историко-филологическое и физико-математическое. В этом современном высшем учебном заведении Финляндии кафедра финского языка учреждена лишь в 1851 году Александром II. Кафедры русского языка не было. Университет много содействовал развитию различных отраслей науки и знаний, причем стремился создать самостоятельное народное образование и преследовал по возможности патриотические цели. и преследовал по возможности патриотические цели. Не останавливаясь на более подробной оценке достижений ученых университета и их трудов, необходимо указать на профессора Богословия Андрея Инмана55. Он издал тщательно просмотренный перевод Библии на финский язык и в своем труде «Объяснение к Священному Писанию» изложил результаты новой, строго придерживающейся священного текста экзегетики. Он первый из финляндских богословов дал финскому языку более широкое применение в научных сочинениях. Он также считается основателем богословской терминологии на финском языке.

На сейме в 1863 году император Александр II даровал финскому языку равноправие со шведским. Теперь он также стал официальным языком. Движение «фенноманов» обрело еще большую эффективность. Особенно профессора университета стильно влияли на молодежь. Они ревностно изучали язык, издавали газеты , требовали, чтобы финский язык был введен в школу и в администрацию, выступали за необходимость сделать его языком образованного класса. Наиболее заметной личностью в популяризации языка стал сенатор Ю.В. Снельман. Согласно его программе, финская интеллигенция должна была стать национальной «по языку и духу».

Во второй половине XIX века рост национального самосознания наблюдался также и среди финских православных. Типичным примером является Сортавала, ставшая со своей семинарией центом феннофильства и карельского национального движения. Подъем национального самосознания православных финнов происходил под влиянием фенноманских культурных кругов с 1830-х гг. Пробуждался интерес к финскому языку, истории, традициям и народной поэзии, сокровищницей которой было беломорское побережье Карелии56.

Значительное влияние на самосознание финского народа оказывала и литература на финском языке. Отцом финской литературы признается Элиас Ленорт, изучавший медицину в университете. Изучая родной финский язык и народную поэзию, он изучал источники финской песни в финской и в русской Карелии. Э. Ленорт собрал множество древних поэтических легенд, сохранившихся в народ, открыл связь между этими отдельными эпическими песнями и собрал их в одно целое, в один народный эпос, называемый им «Калевала», в честь родины воспеваемых героев, сынов Калевы. Песни сложены еще в языческие дохристианские времена и дают картину религиозного мировоззрения древних финнов и всей их домашней жизни. Калевала состоит из 50 песен или рун, содержащих в общей сложности 22800 стихов, восьми стопный размер которых состоит из четырех хореев. Финские герои совершают свои подвиги не столько лично (битвы и кровопролития описываются крайне редко), сколько могучей силой слова и песни. Волшебные песни и заклинания как бы заменяют непосредственное вмешательство богов в ход событий. Этот эпос особенно повлиял на финскую молодежь, которую вдохновлял мужеством и энергией к труду, побуждая в ней народное сознание. Финляндские патриоты утверждали, будто народ, создавший такую эпическую поэму, не может быть осужден на гибель и имеет законное право на существование в ряду других народов.

В сравнении с распространением финского языка законодательство о русском языке в Финляндии представляет наглядно ход постепенного удаления Финляндии от России. Так, в 1812 году Александр I повелевает назначить во все школы Финляндии учителей русского языка и требует знание русского языка обязательным для всех лиц, поступающих на государственную службу в Финляндии57. Для введения этого закона в силу был назначен в 1813 году пятилетний срок. В 1818 году этот закон вступил в силу и при определении на духовную, военную и гражданскую службу от всех требовалось предоставить свидетельство о знании русского языка. Затем в 1824 году от предоставления этих свидетельств были освобождены «впредь до времени» поступающие на духовные должности в гимназиях и других учебных заведениях. В 1843 году разрешено назначать экзаменаторов русского языка не из русских уроженцев, а из уроженцев той епархии, в которую поступают учителем, а в 1844 году уже предоставлено финляндцем обучать русскому языку в местных учебных заведениях.

Хотя в положении 1841 года об элементарных учебных заведениях в Финляндии (в уездных училищах, гимназиях) языком преподавания закона Божьего установлен русский язык, включенный в число обязательных предметов обучения в упомянутых школах, а по уставу гимназий и училищ 1843 года русскому языку отведено первое место среди других учебных предметов, но все это на самом деле плохо исполнялось и затем очень скоро изменилось. В 156 году обязательное знание русского языка отменялось и для других должностных лиц и в 1863 году было постановлено58, что обучение русскому языку в учебных заведениях не является более обязательным и предоставляется на выбор тем ученикам, которые имеют в знании его надобность для будущих своих целей.

Александр II на сейме 1872 года произнес следующие слова: «Приняв во внимание безуспешность изучения русского языка в училищах, между тем как необходимость в основательном знании этого наречия обнаруживается не только в служебном поприще, но и в практической частой жизни. Я признал за благо повелеть в связи с преобразованием учебных заведений вновь ввести в училищах края русский язык в числе обязательных предметов»59. На этом основании преподавание русского языка было снова установлено. В 1872 году была открыта русская гимназия в Гельсингфорсе, в которой преподавание происходит на русском языке, как и в гимназиях империи. В реальности тенденция преподавания на русском языке имела необратимый характер и русский язык вновь усилиями финляндских властей постепенно приобретал необязательных характер, которые в своих национальных интересах стремились не допускать образования своих граждан на русском языке и по русскому образцу.


1.6. Храмостроительство.


В царствование Александра I число православных храмов в Финляндии не увеличилось, но были восстановлены некоторые из них, разрушенные или пришедшие в ветхость. Увеличение числа храмов начинается с царствования Императора Николая I и при императоре Александре II.

В 1817 г. был обновлен Выборгский собор из средств Комиссии Духовных училищ. На обновление Собора было затрачено чуть менее 45 тысяч рублей. В 1866 г. храм был расширен и в нем было устроено отопление60.

В 1831 году была обновлена также Кидельская церковь Архангела Михаила. Некоторые приходы, вместо прежнего изветшавшего храма, украсились новыми храмами. Это сделано в Салме в 1825 году, в Тиврале в 1832 году, в Фридрихсгаме в 1836 году, в Шуэзеро в 1838 году, в Шуйстамо в 1844 году, в Кексгольме в 1847 году. Некоторые церкви, прежде бывшие полковыми, обращены в приходские, так как уменьшилось число войск, пребывающих в Финляндии. Так было сделано в Нейшлоте. Во многих местах, где прежде не было храмов вовсе, построены были храмы для пользы православных, здесь живущих. Так, в Гельсингфорсе в 1826 году устроена Троицкая церковь, а в 1868 году -Успенский собор; в 1811 году построена церковь в Линдулове, после перенесенная в Райволово; в 1828 году в Куопио построена часовня, в последние годы обращенная в церковь; в 1845 году в Або, в 1853 году в Новой Кирке, в 1866 году в Николайштадте, в 1865 году в Палкеллах, в 1868 году в Выборгском форштадте.

Об устройстве и обновлении финляндских церквей, прежде всего, заботилось русское правительство, представителями которого здесь были финляндские генерал-губернаторы, потом на это цело являлись жертвователями частные лица и, наконец, некоторые церкви устроены были или обновлены усердием местных прихожан и причтов.

Из генерал-губернаторов особенно заботились об устройстве храмов: Закревский, Берг и Адлерберг. При содействии Закревского построена Троицкая церковь в Гельсингфорсе, церковь в Або и Петропавловская церковь в Фридрихсгаме; Берг и Адлерберг испросили средства на построение нового православного собора в Гельсингфорсе; Бергу принадлежит почин сбора денег на новый храм в Сердоболе. После генерал-губернаторов стоит упомянуть землевладельцев или богатых купцов, которые, заботясь о нравственном благе крестьян, живущих на их землях или работающих на их заводах, испрашивали разрешение на постройку церкви, сами жертвовали и о других собирали деньги на постройку, а потом улучшали быт причта и обеспечивали содержание церкви. Так, баронесса Скотт перестроила прежнюю церковь в Тиврале, графиня Орлова-Чесменская в Салме, граф Салтыков в Райволове, помещик Богаевский в Красном Селе, иркутский купец Огородников в Новой Кирке, купец Лисицын отстроил собор в Кексгольме, купец Русанов, по предложению высокопреосвященнейшего митрополита Исидора, - в Палкеллах, купцы братья Елисеевы - в Сердоболе. Об обновлении и украшении храмов в карельских приходах много заботились купцы Громовы. Наконец, самими прихожанами построены храмы в Корбосельгя, Киделе и Шуэзеро.

Таким образом, в Финляндии было устроено до 22-х православных церквей, достаточно благолепных и снабженных всею необходимою утварью.61

Вывод.

Положение православной церкви при даровании автономии княжеству законодательно не было закреплено. Законы «шведского» периода княжества признавали за лютеранской церковью господствующее положение среди всех конфессий, в том числе православной. Закон 1772 года ограничивал права собственности православной организации и участие ее в общественной жизни, запрещал православным занимать должности в государственной и местной администрации, иметь собственные школы, проводить миссионерскую работу и публичные церемонии. Запрещалось и существование монастырей. Лишь царскими указами частично православие наделялось необходимыми правами и ограничивалось влияние лютеранской церкви на православие. В полной зависимости от финляндского сената находились православные общины и материальное положение духовенства.

Реформой местного самоуправления отделена светская община от церковно- приходской, и, тем самым, устранено абсолютное господство церкви в делах общины и оставлены за ней собственно культовые дела.

Православная община ставилась в полную зависимость от финляндского сената, то есть от лютеранского правительства. Отношения приходских православных организаций с органами государственного управления и местной администрацией строились по лютеранскому образцу.

На протяжении полувека препятствовало распространению влияния православия в княжестве то, что большинство местных жителей не понимало церковно- славянский язык, на котором велась служба, а большинство русских священников не владели финским языком. Царским указом и постановлением Св.Синода в 1865 году предписано совершать Богослужение в приходах на финском языке, а православному духовенству изучать финский язык. Это уменьшило остроту православного вопроса. Сенат и сейм стремились не допустить школьного образования православных граждан Финляндии по русскому образцу и обучение в начальных школах приходов велось на финском языке. Православие для правящих кругов княжества продолжало оставаться проблемой из-за непосредственного подчинения религиозного меньшинства российским духовным властям и российскому императору. Но приведение статуса православной церкви в соответствие с законодательством княжества грозило бы Финляндии конфликтом с главой православной церкви.


1   2   3   4   5   6   7

Скачать, 176.73kb.
Поиск по сайту:

Загрузка...


База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru