Категории:

Д. А. Леонтьев теория личности а. Н. Леонтьева

Поиск по сайту:


Скачать 150.19 Kb.
Дата24.03.2012
Размер150.19 Kb.
ТипДокументы
Содержание
Личность как особая реальность
Развитие личности. Личность и биография.
Структура личности
Теория А.Н.Леонтьева и экзистенциальная психология
Подобный материал:

Д.А.Леонтьев


ТЕОРИЯ ЛИЧНОСТИ А.Н. ЛЕОНТЬЕВА


Если в западной психологии становление психологии личности можно датировать концом 1930-х годов, когда вышли первые обобщающие книги по личности К.Левина, Г.Олпорта и Г.Мюррея, то в нашей стране эта проблематика долгое время была фактически закрытой для реальных исследований по причине ее повышенной идеологической остроты, вместе с такими дисциплинами как психодиагностика, психотерапия, социальная психология и социология — их «размораживание» началось только с конца 1960-х гг., когда серьезный разговор о личности в гуманитарных науках стал вновь возможен. До этого в учебниках для пединститутов разделы про личность ограничивались общими словами, личность по сути сводилась к характеру, а характер — к темпераменту и другим индивидуально-типологическим особенностям, такая характеристика личности как ее направленность фактически сводилась к идеологическому параметру индивидуализм—коллективизм. Практически первой отечественной книгой, в которой проблемы личности раскрывались профессионально, а не через идеологическое пустословие, стала книга И.С.Кона «Социология личности» (Кон, 1969), а на передний план вопросы психологии личности стали выдвигаться только в 1980-е годы.

Одним из немногих оригинальных отечественных подходов, который правомерно рассматривать как сравнительно целостную самостоятельную психологическую теорию личности, является теория А.Н.Леонтьева. Все его публикации, посвященные психологии личности, укладываются в очень небольшой отрезок времени – фактически в пять лет. Первой публикацией на эту тему была небольшая статья «Некоторые психологические вопросы воздействия на личность» (Леонтьев, 1968); вскоре после этого была написана известная глава «Деятельность и личность», которая сначала была опубликована в журнальном варианте, и затем вошла в книгу «Деятельность. Сознание. Личность» (Леонтьев, 1974; 1975). Она и является тем, что сейчас известно как теория личности А.Н.Леонтьева. Однако сравнительно недавно опубликованные «Методологические тетради» из архива А.Н.Леонтьева, относящиеся примерно к 1940 году, но опубликованные только через 15 лет после смерти автора (Леонтьев, 1994), содержат в себе в тезисном виде почти все идеи, которые легли в основу публикаций 1970-х годов. Невозможной на протяжении многих лет была их публикация, однако само их наличие опровергает первое впечатление о большом отставании отечественной психологии личности от западной.

В своих сравнительно небольших текстах А.Н.Леонтьев, конечно, не мог разработать теорию личности во всех деталях и подробностях. Однако он успел построить довольно стройный и логически связный каркас теории личности, который послужил основой для работ целого ряда его учеников, с именами которых сейчас в первую очередь связывается отечественная психология личности. Наиболее заметный вклад в развитие этого направления работ за последние три десятилетия сделали А.Г.Асмолов, Б.С.Братусь, Ф.Е.Василюк, Б.В.Зейгарник, В.А.Петровский, Е.В.Субботский.


^ Личность как особая реальность


С самого начала Леонтьев вводит в этих записях принципиальное разведение со взглядами большей части современных ему психологов.

«В обычном, житейском понимании, — пишет А.Н.Леонтьев в «Методологических тетрадях» (1994, с. 194), — это то, что управляет отдельными процессами деятельности, поведения. Это — «хозяин» процессов». Леонтьев подчеркивает, что речь идет об обыденном понимании. На самом деле это не так: личность — не особое качество или взаимосвязь психических процессов, она имеет иную природу: «проблема личности есть проблема единства, взаимосвязи отдельных деятельностей» (Леонтьев, 1994, с. 194; выделено нами – Д.Л.).

Различие между этими формулировками очень существенно. Взаимосвязь психических процессов – это то, что относится к психической реальности. Тем самым мы подводим личность под общую категорию психики; личность оказывается одной из структур психики. А.Н.Леонтьев, напротив, принципиально выводит понятие личности за пределы понятия психики в плоскость отношений с миром; как он сформулировал позднее, «проблема личности образует новое психологическое измерение: иное, чем измерение, в котором ведутся исследования тех или иных психических процессов» (Леонтьев, 1983, с.385). Это положение, идущее от Выготского, коренным образом отличает подход А.Н.Леонтьева от взглядов А.Ф.Лазурского, С.Л.Рубинштейна, В.С.Мерлина и почти всех других отечественных и зарубежных авторов. Согласно представлениям А.Н.Леонтьева, личность есть особая реальность, заслуживающая особого предмета, «личность не есть простое биологическое единство, это есть высшее единство, историческое (общественное) по своей природе. Это единство — личность — не дано изначально. Человек не родится в качестве личности. Личность человека возникает в ходе развития его жизни» (1994, с.195).

Леонтьев, таким образом, определяет личность как связь, иерархию деятельностей, а не психических процессов. «Индивид превращается в личность … в ходе своей биографии. В этом смысле личность и есть «сгусток» биографии» (Леонтьев, 1994, с. 196). Другими словами, личность – не биологическое и не социальное, не условия и не факторы, а биография, опыт жизни! Личность есть результат «кристаллизации» биографии. Это первый тезис А.Н.Леонтьева.

Второй тезис: личность развивается, т.е. существуют качественно особые стадии развития личности, которые не имеют отношения к развитию психических процессов.

Третий тезис – личность имеет строение. С самого начала вводится разведение индивида и личности. Если индивид представляет собой некое биологическое единство, связь естественных органов и их функций, то личность — небиологическое единство. Она постепенно возникает, формируется в ходе жизни, поэтому есть строение индивида, и есть независимое от него строение личности.

Фактически то же общее представление, хоть и несколько другими словами, воспроизводится три с лишним десятилетия спустя в книге «Деятельность. Сознание. Личность.» Анализ личности Леонтьев начинает с констатации важного тезиса о том, что личность есть не все в человеке. Есть и то, что к личности отношения не имеет, есть то, что имеет, но заранее это не известно. «Одни и те же особенности человека могут стоять в разном отношении к его личности» (Леонтьев, 1975, с.165). Наша задача, пишет А.Н.Леонтьев, «требует понять личность как психологическое новообразование, которое формируется в жизненных отношениях индивида» (там же, с.172). Все остальное — природное и социальное — есть предпосылки развития личности, из которых само развитие невыводимо. Личность впервые возникает, когда человек вступает в историю, и он становится личностью лишь как субъект общественных отношений. «Личность человека ни в каком смысле не является предсуществующей по отношению к его деятельности, как и его сознание, она ею порождается» (там же, с.173).

Положение А.Н.Леонтьева о личности как «внутреннем моменте» деятельности вызвало много критики, в которой его упрекали за то, что он якобы сводит личность к деятельности, лишая ее своей специфики. Однако Леонтьев нигде не говорил, что личность есть только момент деятельности. Смысл этого тезиса в том, что деятельность имеет структуру «субъект—объект», она не может осуществляться без субъекта, который является личностью. Деятельность конституируются мотивами, а мотивы связаны с личностью, но не с индивидом.


^ Развитие личности. Личность и биография.


Индивид – это связь естественных органов и их функций, которая возникает на основе дифференциации и одновременно интеграции живых схем. Это связь естественных потребностей, определяющая естественную иерархию деятельности. Личность, напротив, есть «связь и иерархия деятельностей, определяемых не биологически, но исторически» (Леонтьев, 1994, с. 196). Она определяется процессом дифференциации деятельности и их переподчинения, новой иерархизацией, возникают новые, вторичные, высшие связи.

В этом тезисе четко прослеживается преемственность с линией Выготского. Согласно его воззрениям, наряду с натуральными, естественными функциями есть высшие человеческие функции. Они возникают при жизни, становятся индивидуальными, переходят из межличностного пространства в интраличностное пространство (в этом суть процесса интериоризации). Личность формируется в процессе индивидуальной истории, в процессе общения с окружающими людьми.

Далее следует параграф «Филогенез личности». «Первоначально возникающая личность…, — пишет Леонтьев, — еще не индивидуальная личность. Люди при первобытно-родовом обществе… не оторвались еще… от пуповины первобытного общества» (там же, с.197). Они образуют некоторую единую цельность. Исторически личность развивается как выделение и автономизация индивидов из первичной совокупной личности. Изначально общность, социальная группа представляет собой единую личность, потом постепенно из нее выкристаллизовывается автономный индивид (см. Леонтьев Д.А., 1989).

Следующий принципиальный тезис характеризует направление развития личности: «От «действовать, чтобы удовлетворять свои естественные потребности и влечения» к «удовлетворять свои потребности, чтобы действовать, делать дело своей жизни, осуществлять свою жизненную человеческую цель» (Леонтьев, 1994, с. 198). Причинно-следственная структура оборачивается: сначала действия ради потребностей, затем потребности ради действий.

А.Н.Леонтьев говорит далее о задатках как условиях и предпосылках развития личности, которые влияют на то, что стало, но не предопределяют это. Сами задатки меняются в течении жизни, на основе задатков формируются и способности, но создаются способности по-настоящему только в деятельности, а пока нет деятельности, они остаются задатками. В конце 1950-х — начале 1960-х годов в психологической литературе велась дискуссия по проблеме способностей между Б.М.Тепловым, А.Н.Леонтьевым и С.Л.Рубинштейном. Суть дискуссии заключалась в том, что именно называть способностями, к чему относить этот термин: то ли к задаткам, которые еще не проявились, то ли к тому, что проявилось и сформировалось в деятельности. А.Н.Леонтьев утверждал, что задатки еще ничего не определяют, поэтому понятие способностей правильно относить к уже сформировавшимся операциональным умениям. Б.М.Теплов, напротив, считал именно индивидуальные врожденные задатки истинными способностями, в отличие от операциональных навыков. С.Л.Рубинштейн также не соглашался с А.Н.Леонтьевым, считая, что операциональные деятельностные структуры вообще не входят в предмет психологического изучения.

Что же определяет личность человека, — спрашивает себя А.Н.Леонтьев, — и пишет: «не внутренние условия, взятые сами по себе, как и не внешние условия, как и не просто совокупность тех и других. Личность является тем процессом, который «соединит» их между собой» (Леонтьев, 1994, с.200). И совсем кратко: «Личность определяется жизнью» (там же).

Взгляды А.Н.Леонтьева на развитие личности также воспроизводятся в его публикациях 1970-х гг., однако с существенными дополнениями. Понятие личности, отмечает он, выражает целостность свойств, формирующихся в процессе онтогенеза, то есть целостность не предзаданную, в отличие от индивида, а становящуюся. «Личность есть относительно поздний продукт общественно-исторического и онтогенетического развития человека» (Леонтьев, 1975, с. 176) . Хорошо известна метафора А.Н.Леонтьева о двух рождениях личности. Личность «рождается дважды: первый раз — когда у ребенка проявляется в явных формах полимотивированность и соподчиненность его действий, … второй раз — когда возникает его сознательная личность» (там же, с.211) . Первое рождение совпадает с кризисом трех лет, когда впервые возникает иерархизация и соподчинение действий, отсрочка удовлетворения. Второе рождение – с подростковым кризисом, когда возникает овладение собственным поведением через осознание, опосредствование. Можно сказать, что эти два «рождения личности» представляют собой критические точки прогрессирующей эмансипации личности от симбиотических связей. «Первое рождение личности» – это операциональная эмансипация личности, когда ребенок ощущает себя как некую автономную единицу; «второе рождение» – это смысловая эмансипация, осознание себя как смысловой единицы, когда мировоззрение подростка становится индивидуальным, перестает совпадать со смысловым полем, в котором он сформировался (Леонтьев Д.А., 2002).

В завершение главы А.Н.Леонтьев вводит принципиально важное представление о внутренней работе личности. «На каждом повороте жизненного пути ему (человеку) нужно от чего-то освобождаться, что-то утверждать в себе» (1975, с.216). Человек является в определенной степени кристаллизацией биографии, но считать человека полностью результатом биографии нельзя, потому что при этом упускается главный психологический факт – «человек вступает в отношение к своему прошлому, которое по-разному входит в наличное для него — в память его личности» (там же, с.217). На уровне личности прошлые впечатления не выступают как покоящиеся пласты его опыта, в этом прошлом одно умирает, лишается своего смысла, другое открывается в новом смысле. Эти изменения происходят постоянно; прошлое может переоцениваться и человек «сбрасывает с себя груз своей биографии» (там же). Тем самым он делает существенный шаг вперед по сравнению с тем, что он писал в 1940 году. Конечно, человек является в определенной степени кристаллизацией биографии, но неправильно считать человека полностью продуктом своей биографии. С одной стороны, личность формируется в процессе жизни, биографии, с другой стороны, она – не только результат того, что происходит, но и результат того, что человек делает из себя. «Как и прошлое, будущее составляет наличное в личности. Открывшаяся человеку жизненная перспектива есть … его достояние» (там же, с.218).


^ Структура личности


В «Методологических тетрадях» есть и все то, что в 1970-е годы получило известность как концепция структуры личности А.Н.Леонтьева, правда Леонтьев пока больше говорит не об иерархии мотивов, а об иерархии деятельностей. Личность, согласно А.Н.Леонтьеву, характеризует, во-первых, «богатство, многообразие действительных отношений субъекта, составляющих его жизнь. Это и есть основание, реальный базис личности» (Леонтьев, 1994, с.201). Леонтьев, правда, делает оговорку: не всякая фактически осуществляющаяся деятельность человека есть часть его жизни. Отдельные деятельности могут отчуждаться от человека. Мы делаем целый ряд вещей, которые к нашей жизни могут не иметь отношения, быть чем-то внешним для нее.

Вторая характеристика — «степень развития «вторичных», высших связей действий (мотивов) между собой — их иерархизации. (Это именно степень развития личности» (там же, с.202), ее генетическая характеристика. Таким образом, вектор развития личности — это одновременно вектор ее иерархизации, упорядочивания. Эта идея перекликается с теориями личности целого ряда авторов, таких как Г.Олпорт, С.Л.Рубинштейн, К.Левин, К.Г.Юнг. И третья характеристика – это тип строения личности: моновершинный, поливершинный и т.д., тот есть имеется в виду общий структурный профиль. Не всякий мотив или жизненная цель способна стать вершиной, вынести всю нагрузку вершины личности. Рассказывают, что читая лекции по психологии личности в 1970-е годы, он говорил о том, что на самом деле существует не пирамида с широким основанием внизу и сужающаяся кверху, к высшей жизненной цели, а скорее наоборот, перевернутая пирамида, стоящая на вершине — жизненная цель несет на себе всю ее нагрузку. И от того, какова главная жизненная цель, ведущий мотив, будет зависеть, выдержит ли он всю конструкцию на себе, или не выдержит. Ведущий мотив человека должен быть таким, чтобы держать на себе всю конструкцию.

Довольно много говорится в «Методологических тетрадях» и о проблеме смысла, в контексте регуляции деятельности, в контексте сознания, в частности, в русле формулы «развитие жизни = развитие мотивации = развитие смысла» (там же, с. 210). Именно через смыслы психология смыкается с конкретной историей. «Психология стала наукой о личности — личности действительной, действующей, утверждающей свою жизнь. Психология смыкается теперь с проблемами человеческой этики… Поэтому учение о деятельности есть альфа, учение о смысле — омега психологии!» (там же).

Отдельный параграф посвящен рассмотрению проблемы характера. А.Н.Леонтьев четко разводит характер в широком и в узком смысле слова. Под характером в широком смысле он понимает практически все индивидуальные различия, все, что характеризует человека, не позволяет смешивать его с другим. Характер, личность, индивидуальность, - эти три слова выражают при таком понимании фактически одно и то же. Характер в узком смысле слова А.Н.Леонтьев не определяет, но указывает, что «только такое употребление термина «характер» в психологии является оправданным» (Леонтьев, 1994, с.201). Трактовка характера не как синонима личности, а как ее частной подструктуры получила раскрытие в ряде работ в 1980—1990-е годы (А.Г.Асмолов, Б.С. Братусь, Д.А. Леонтьев и др.).

Если в 1940 году А.Н.Леонтьев писал про личность как иерархию деятельностей, то в работах 1970-х гг. он немного упрощает эту конструкцию — поскольку деятельность задается мотивом, личность можно описать проще, как иерархию мотивов. Структуру личности А.Н.Леонтьев описывает как иерархию мотивов, «относительно устойчивую конфигурацию главных, внутри себя иерархизированных, мотивационных линий» (Леонтьев, 1975, с.221) Анализируя это положение, необходимо понимать, что под понятием мотива разные авторы имеют в виду разные вещи. С одной стороны мотив трактуется как ситуативный побудитель конкретной деятельности (А.Г.Асмолов, С.Д.Смирнов), с другой стороны, как что-то устойчивое и обобщенное, коренящееся в структуре личности (В.А.Иванников, Х.Хеккхаузен). Речь идет не о радикальных различиях объяснительных моделей, а о том, что термин «мотив» закрепляется в одних случаях за одними, а в других за другими элементами этой модели структуры побуждения (см. подробнее Леонтьев Д.А., 2004). Сам же А.Н.Леонтьев использовал понятие мотива и в том и в другом значении, не разводя их. Многие новые понятия, которые он вводил в свой аппарат, недифференцированы, и под одним и тем же словом понимаются разные вещи, которые дифференцировались уже впоследствии. Так, когда он характеризует личностный смысл как отношение мотива к цели или говорит о побудительной и смыслообразующей функциях мотива, он имеет в виду мотив конкретной, разворачивающейся в данный момент деятельности; когда же он говорит об иерархии мотивов как основе структуры личности, он, очевидно, имеет в виду обобщенные мотивационные образования.

А.Н.Леонтьев выделяет три основных параметра личности: «широту связей человека с миром, степень их иерархизированности и общую их структуру» (там же, с.223-224). Здесь он по сути воспроизводит, с некоторыми уточнениями, ту структурную модель, которая была набросана еще в «Методологических тетрадях».

Один из наиболее интересных аспектов теории личности А.Н.Леонтьева – это анализ того, что происходит в результате «второго рождения личности». Происходит прежде всего овладение своим поведением, становление новых механизмов разрешения мотивационных конфликтов, связанных с волей и сознанием. «Только идеальный мотив, т.е. мотив, лежащий вне векторов внешнего поля, способен подчинять себе действия с противоположно направленными внешними мотивами» (там же, с.209), т.е. выступить как посредующий механизм для овладения своим поведением, разрешить конфликт во внешнем поле, разрешить тот самый буриданов конфликт. Именно в воображении, считает А.Н.Леонтьев, мы можем найти и выстроить то, что поможет нам овладеть своим собственным поведением. «Психологические механизмы жизни-подвига надо искать в человеческом воображении» (там же), потому что подвиг определяется мотивом, который не находится во внешнем поле, и человек трансцендирует непосредственное поле, выходит в другой пласт реальности, что и позволяет ему действовать независимо по отношению к текущему внешнему полю. Это и есть поступок, который А.Н.Леонтьев еще в «Методологических тетрадях» определял как «действие, судьба которого определяется не из наличной ситуации» (1994, с.182).


^ Теория А.Н.Леонтьева и экзистенциальная психология


Именно эта последняя сторона личности больше всего занимала мысли А.Н.Леонтьева в последние годы его жизни, и наиболее концентрированным их выражением стали рукописные заметки, опубликованные посмертно под названием «О предмете психологии личности» (А.Н.Леонтьев, 1983, с. 384-385). «Проблема личности образует новое психологическое измерение: иное, чем измерение, в котором ведутся исследования тех или иных психических процессов, отдельных свойств и состояний человека; это — исследование его места, позиции в системе, которая есть система общественных связей, общений, которые открываются ему; это — исследование того, что, ради чего и как использует человек врожденное ему и приобретенное им» (там же, с.385). Еще раньше А.Н. Леонтьев писал: «Личность… выступает как то, что человек делает из себя, утверждая свою человеческую жизнь» (1975, с.224).

Фактически эти формулировки, подытоживающие и максимально жестко формулирующие новизну подхода А.Н. Леонтьева к личности, выражают экзистенциалистскую позицию по вопросу о соотношении личности и факторов или предпосылок ее развития. Действительно, в последние годы целый ряд учеников А.Н. Леонтьева отмечали близость его подхода экзистенциалистским воззрениям в психологии. Е.В Субботский (2003) прямо называет его «экзистенциалистом в советской психологии» (с. 186), Ф.Е.Василюк (2003) констатирует, что через принцип предметности А.Н. Леонтьева «потенциально вводилась в отечественную психологию феноменологическая категория «жизненного мира»» (с. 239), А.Г.Асмолов (2003) называет деятельностный подход «психологией существования». Но это сходство замечают и представители экзистенциально-феноменологической психологии. А.Г. Асмолов вспоминал, что когда в 1977 г. вышел немецкий перевод книги «Деятельность. Сознание. Личность», А.Н. Леонтьев получил письмо от Ханса Томе, крупного западногерманского психолога экзистенциально-феноменологической ориентации. Томе писал Леонтьеву: как замечательно, что в Советском Союзе развиваются и продолжаются традиции экзистенциально-феноменологического мышления. Недавно это же констатировал выступавший на факультете психологии МГУ известный психотерапевт Альфрид Лэнгле, ученик В.Франкла, записавший в книге гостей кафедры общей психологии: «У вас здесь в Москве существует больше традиций экзистенциальной психологии, и вы идете в этом еще дальше, чем в Австрии и Германии. Вы — наша надежда» (Цит. по: Братусь, 2003, с. 13).

Экзистенциальную психологию и философию роднит с теорией деятельности ключевой принцип, который лаконично сформулировал Ж.-П. Сартр: «Существование предшествует сущности». В деятельностном подходе аналогичный принцип гласит, что все психические и личностные структуры изначально существуют как структуры деятельности, реализуясь в реальных отношениях с миром, лишь после этого они кристаллизуются в виде каких-то стабильных структур. Для А.Н.Леонтьева, начиная уже с 1940-х гг., деятельность прежде всего является формой взаимодействия с миром, а потом уже всем остальным. И само это взаимодействие не выводится из чего-то другого — черт, мотивов, диспозиций, — наоборот, из него выводятся структуры психики, сознания и личности. И врожденное, и приобретенное оказываются только сырьем, глиной, инструментом; ни биологическое, ни социальное не определяют личность; они «равноудалены» от личности, которая не сводится ни к тому, ни к другому. ««Центр личности», который мы называем «я»,… лежит не в индивиде, не за поверхностью его кожи, а в его бытии» (Леонтьев, 1975, с. 229).


Асмолов А.Г. Неодеятельностная парадигма в мышлении XXI века: деятельность как существование // Мир психологии, 2003, № 2(34), с. 155-158.

Братусь Б.С. Логотерапия как искусство быть // Лэнгле А. Жизнь, наполненная смыслом: Прикладная логотерапия. М.: Генезис, 2003, с. 5-13.

Василюк Ф.Е. «Вы понимаете…» // Журнал практического психолога, 2003, № 1-2, с.232-240.

Кон И.С. Социология личности. М.: Политиздат, 1969.

Леонтьев А.Н. Некоторые психологические вопросы воздействия на лич­ность // Проблемы научного коммунизма. М., 1968, вып. 2, с. 30—42.

Леонтьев А.Н. Деятельность и личность // Вопросы философии, 1974, № 4, с. 87—97; № 5, с. 65—78.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.

Леонтьев А.Н. Избранные психологические произведения в 2-х тт. М.: Педагогика, 1983, т. 1.

Леонтьев А.Н. Философия психологии: из научного наследия. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1994.

Леонтьев Д.А. Личность: человек в мире и мир в человеке // Вопр. психол., 1989, № 3, с.11-21.

Леонтьев Д.А. Симбиоз и адаптация или автономия и трансценденция: выбор личности в непредсказуемом мире // Личность в современном мире: от стратегии выживания к стратегии жизнетворчества / под ред. Е.И.Яцуты. Кемерово: ИПК «Графика», 2002, с. 3-34.

Леонтьев Д.А. Общее представление о мотивации // Психология в вузе, 2004, № 1. С.

Субботский Е.В. «Алексей Николаевич… фактически был экзистенциалистом в советской психологии» // Журнал практического психолога, 2003, № 1-2, с. 181-198.

Скачать, 264.84kb.
Поиск по сайту:

Добавить текст на свой сайт


База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru