Категории:

Курсовая работа на тему: «Проблема общения в экзистенциальной философии Карла Ясперса»

Поиск по сайту:


Скачать 437.18 Kb.
страница2/2
Дата02.04.2012
Размер437.18 Kb.
ТипКурсовая
Язык и экзистенциальная коммуникация в философском
Подобный материал:
1   2

Диалогическая проблематика в философии К. Ясперса.


Согласно современным представлениям, диалог — это взаимное

общение, призванное заменить гносеологическую структуру «субъект — объект», и показать, что исходным основанием человеческого бытия является связь между «Я» и «Ты». Возникает новая диалектическая ситуация, нацеленная на преодоление себя в «другом» и на то, что «другой» найдёт во мне созвучие своим желаниям и устремлениям. Специально проблемой диалогичности К. Ясперс не занимался. Но эта проблема так или иначе вытекает из его учения о коммуникации. Вопрос о диалоге не совпадает с вопросом о коммуникации, это есть проблема, требующая особого рассмотрения. Ибо диалогика — согласие, тогда как коммуникация — самоутверждение. Мне представляется, что исследуя взаимоотношение между подлинной и неподлинной коммуникациями, К. Ясперс ближе всего приходит к выводам М. Бубера. Между позициями М. Бубера и К. Ясперса по поводу назначения и роли диалога имеется существенное различие.


Если для М. Бубера диалог — онтологическое основание, призванное

обозначить «Я» как носителя сознания, то для К. Ясперса диалог есть лишь инструмент, способствующий коммуникации. Диалогичность М. Бубера есть цель и основа человеческого бытия, диалогичность К. Ясперса есть средство постижения бытия. Человек у немецкого философа отталкивается от «другого», чтобы идти к «самому себе». Этот «другой» не есть Ты в духе Бубера, а скорее «другой вообще» или «любой другой».

«Другой» есть некое личностное бытие, на которое направлено экзистенциальное сознание. У М. Бубера Ты есть «моё Ты». Это не «любое другое», а только то, которое мне предназначено и для меня и посредством меня возникающее. У К. Ясперса диалог играет более скромную роль: он только посредник для поиска истины и возвышения к экзистенции.

Для К. Ясперса диалог человека с человеком и «узнавание себя в другом» занимают промежуточное положение между массовой коммуникацией, в которой происходит нивелировка людей, и подлинной коммуникацией, в которой происходит «обнаружение самости». Это ещё не подлинная коммуникация, но уже начало пути к ней. А главное, это противодействие

массовости, усреднённости, типизации человека. Диалог в социальном мире есть преодоление массовой коммуникации и переход к тому, чтобы духовно возвыситься над универсализацией, над общепринятым порядком и почувствовать себя индивидуальностью. Единичный человек — решающий фактор, но он может быть таковым лишь в общении. Необходимо учесть, что на протяжении жизни философа понимание экзистенциальной коммуникации претерпело существенное развитие. В этом развитии можно выделить, по

крайней мере, два этапа. В начале своего философского пути К. Ясперс связывал с коммуникацией проблему общения двух людей, находящихся в состоянии экзистенциального переживания. В это время преобладала склонность к диалогичности, когда «другой» воздействовал в той же мере на «меня», как и испытывал обратное от меня воздействие. Позднее в своём творчестве философ уделяет значительное внимание трансцендированию, он стремится понять экзистенциальность как обусловленную высшим

началом. Коммуникация между двумя экзистирующими индивидуальностями принимает характер не только постижения истины, но и постижения того, что дарует трансценденция.

Диалогичность становится следствием «универсальной готовности к коммуникации». И, прежде всего, коммуникация должна обнаруживать, что люди являются «подлинно самими собой в нашей историчности». Коммуникация приобретает общественное звучание, она становится ближе к проблеме общения как фундаментальной в понимании общества. В такой ситуации более чётко просматривается диалогичность как взаимная устремлённость людей «найти самих себя». Именно тогда, когда К. Ясперс обращается к проблемам «бытия людей в мире», ярко проявляется роль диалогичности как функции человека исторического, общественного. Диалог, возникающий между обладающими «волей к коммуникации» людьми, есть та необходимая основа, которая служит делу единения людей и постижения экзистенциального смысла истории. К. Ясперс усматривает единство истории в том, что все люди исходят из единого корня, а значит, имеет место «целостность мира человеческого бытия». Стремясь к этому миру, человек обретает единство истории. Реально это осуществляется в диалоге человека с человеком, в достижении взаимопонимания. Но возможен ли диалог, когда экзистенции уже открыты друг для друга? По нашему мнению, К. Ясперс склонен видеть диалогичность и в ситуации «открытости» экзистенции. «Экзистенция лишь тогда становится открытой, таким образом реальной, когда она приходит сама к себе с другой экзистенцией, через неё и одновременно с ней».1 Диалогичность заключается в совпадении, в одновременном сопереживании одних и тех же ощущений. Истинный диалог, по К. Ясперсу, не требует диалогической формы как таковой, он не нуждается в совместной языковой акции. Он есть непосредственное (экзистенциальное) взаимоотношение двух людей, не опосредованное с языковыми сообщениями. Особенность подлинной коммуникации состоит в том, чтобы становиться собой лишь в той мере, в какой становится собой «другой». Но «другой» есть граница, которая должна быть подвергнута отрицанию. Граница означает процесс между «собственным» и «другим».Вот как комментирует этот процесс Э. Мунье, объясняя позицию Ж. П. Сартра:

« Мир других людей несет не одни только наслаждения. Он постоянно угнетает, выбивает из колеи и тем самым толкает на борьбу, причиняя страдание; он ни на минуту не оставляет тебя в покое. Все это оживляет в

людях инстинкт самосохранения».2 Это совершенно противоположный взгляд на проблему диалога. Здесь на лицо противостояние двух субъектов в отличие от предыдущей позиции.

«Другой» Ясперса должен сам пойти навстречу и ответить. Человеческое бытие не только узнаёт границу, но и продвигается к ней, оно «нацелено» на преодоление границы. Поэтому для К. Ясперса важен вопрос о предшествовании границы. Это процесс, который подготавливается в

диалоге, в разговорной речи в неподлинной коммуникации. Когда же граница открывает бытие к «другому», то разговор скорее мешает, чем помогает. Диалог как речевое общение исчезает, возникает экзистенциальное прояснение, совпадение экзистенций. По нашему мнению, пограничность, связанная с личностными страданиями (болезнь, смерти, потери, вина и др.) не слишком увлекает философа. Свой гуманитарный настрой философ часто связывает с учением о пограничных ситуациях именно в плане конфликтности общественного бытия человека. Поэтому прорыв к экзистенции вполне может быть понят как результат преодоления границы, имеющей социокультурный статус. Диалог с трансцендентным носит у Карла Ясперса односторонний характер, ибо трансцендентное не может испытывать обратного воздействия со стороны индивидуальности, а только высвечивает само себя, предоставляя человеку возможность интерпретации. Но суть диалога не в разговоре, а в том, чтобы почувствовать достоверность связи с трансценденцией.


К. Ясперс часто упоминает о шифрах как языке трансценденции, подчёркивая тем самым, что имеет место диалог — разговор с высшим началом. Человек в своём экзистенциальном сознании выступает как творец собственных состояний души, а значит, и диалог с трансценденцией состоит в достижении глубины собственных переживаний, в самораскрытии своих духовных возможностей.


В сравнении с диалогом С. Л. Франка, у котового приблизительная точка зрения в этом вопросе, подход К. Ясперса во многом созвучен идеям русского философа. Как и К. Ясперс, С. Л. Франк не заостряет внимание на артикуляции, а в основном имеет в виду совпадение в трансцендировании, в единстве душевного настроя «меня» и «другого». В терминологии К. Ясперса это вопрос о совпадении экзистенций. Оба философа приходят к одному и тому же выводу: истинное бытие, ради понимания которого, собственно, и

осуществляется трансцендирование, непостижимо в терминах предметного познания. Оно, как вспышка света, лишь оповещает о себе, оставаясь вне всякого содержательного анализа. Обращая особое внимание на единичность и уникальность человеческого существования, К. Ясперс буквально «наталкивается» на неизбежность коммуникации, а вместе с ней и на

диалогичность. В противном случае ни о каком единении людей и «смысле истории» говорить не приходится. Причём, диалогика усматривается философом как в социальном мире, так и в мире экзистенциального переживания. Более того, в экзистенциальном переживании диалог имеет

особое значение, ибо в данном случае он не требует взаимной артикуляции.


Н. А. Бердяев поддерживает К. Ясперса в его стремлении с помощью шифров проникать во внутреннее существование. Но, в отличие от К.Ясперса, Н. А. Бердяев имеет в виду сообщаемость взаимную, то есть диалогическую форму в виде обмена от Я к Ты и обратно посредством речевой коммуникации. Как уже неоднократно подчёркивалось, главное для К. Ясперса -общая основа между Я и Ты, которую философ усматривает в трансцендировании. Если каждая из двух сторон, представляющих диалог,

воспринимает шифры трансценденции, то этим самым уже обеспечивается обоюдность сообщений между Я и Ты. При этом К. Ясперс не доверяет речевому общению: оно оставляет человека на поверхности и заключает в себе возможность непонимания «другого».


Сообщение единично (уникально, неповторимо), его понимание не требует использования общепризнанных истин. В итоге выходит, что понимание — это не только обнаружение скрытых смыслов, но и их порождение. . Это есть побуждающая работа, которая сосредоточена на том, чтобы почувствовать (понять) бытие и становиться самим собой. В частности, роль философии К. Ясперс видит в том, чтобы «стать подлинным человеком посредством понимания бытия».1 Это открывание себя для бытия и есть понимание. В том числе и диалогичность проникнута пониманием. Ясперс обращает внимание на общественную значимость понимания. Таким образом, он как бы возвращается к проблеме понимания, с которой когда-то начинал, но возвращается к ней на новой основе. Он применяет понятие понимания для решения общечеловеческих проблем, трактуя данное понятие как нацеленность человека на осуществление «воли к коммуникации».


^ Язык и экзистенциальная коммуникация в философском

проекте Карла Ясперса


К. Ясперс специально языковым воплощением коммуникационной связи не занимался, но эта проблема все же остаётся актуальной и для его философии. В частности, необходимо обратить внимание на многочисленные высказывания философа о несовершенстве языка в силу его общественного характера. Будет логичным соотнести проблему экзистенциальной коммуникации с вербальными возможностями человеческого общения.

К. Ясперс увлекался феноменологией и полагал, что феноменологическое описание состояния больных вполне может прояснить внутренний строй души больного и тем самым облегчить его лечение.

Вместе с тем, К. Ясперс ощущал недостаточность феноменологического описания языковыми средствами. По-видимому, ощущение неудовлетворённости явилось причиной перехода К. Ясперса

на позицию «понимающей психологии». Этот переход означал, что словесные возможности не столь уж эффективны: необходимо «вслушивание» в состояние души больного. Благодаря переходу на точку зрения «понимания», проблемы описания были отодвинуты на второй

план. Переход на позицию «понимающей психологии» означал вывод, что язык как средство общения не может передавать все нюансы «душевной жизни». К тому же, описательная психология превращала человека в объект, что не устраивало философа. Согласно Ясперсу, человек не может быть объектом. Именно в языковых формах в конкретной речи обнаруживается определенное содержание, которое необходимо понять. Таким образом, К. Ясперс приходит к проблеме понимания прежде всего в связи со словесными описаниями. Но он не останавливается на проблеме понимания феноменов, так как в лучшем случае она способствует только «косвенному познанию материала».


В языке мы видим то, как душевная жизнь «является», но не можем понять её сущность. Нужны принципиально новые подходы, и К. Ясперс приходит к выводу, что необходимо проникновение во «внутрь» человеческой души. Идея понимания не отбрасывается, но она уже не связывается с языковыми текстами, а трактуется как «сопереживание». Тем самым языковые формы отодвигаются на второй план, а ведущую роль приобретает идея совпадения душевных переживаний. В дальнейшем язык как средство общения связывается К. Ясперсом с «неподлинной»

коммуникацией. Люди выражают в языке свои чувства, желания, устремления и тем самым получают возможность успешно ориентироваться в социальной среде. Подлинно человеческие отношения не связываются Ясперсом с речевой коммуникацией, хотя и не отрицается роль словесного общения как источника пограничной ситуации.

Главное, что для экзистенциальной философии не приемлемо — это общественная сущность языка. Язык — носитель общепринятых смыслов и значений, его функционирование выравнивает всех, делает всех похожими друг на друга. Но так как человек реализует язык в индивидуальной речи, то этим он всё же вносит в общение элемент индивидуальности. К. Ясперс вполне осознаёт расхождение между тем, что индивидуально желает выразить человек и недостаточностью словесных ресурсов. Это и

позволяет понять разницу как принцип подлинной коммуникации.


Человек вынужден прибегать к языку, чтобы ориентироваться в социальной среде и быть понятым обществу. В этой связи возникает вопрос: остаётся ли человек самим собою, погружаясь в стихию языковой реальности? Каждый человек индивидуален, но вместе с тем каждый человек нуждается в обществе, а значит, в его языковых формах. Тем самым он в чём-то утрачивает свои уникальные черты, становится таким же «как все». Это постоянная борьба между индивидуальным устремлением духа овладеть трансцендентным миром и тем, что социальный мир стремится завладеть индивидуальностью — основная особенность философии К. Ясперса. Главное для философа — мысль о том, что человек только внешне

подчиняется социальному миру, но сохраняет при этом возможность внутренней свободы. «Межчеловеческая общность поистине строится в диалоге, после чего вновь погружается в молчание понятности и самоспонтанности. Вот почему мне кажется оправданным утверждение, что невербальные формы понимания нацелены в конечном счете на понимание, достигнутое в диалоге».1


Заключение


Среди современных западноевропейских концепций человека видное место принадлежит философии экзистенциализма.Она является ключевой при рассмотре­нии социальных отношений и внешнего мира, познавательных актов и эмоциональных реакций, общественных институтов и действий отдельных личностей. Это философствование осно­вано на приоритете челвеческого существования. Экзистенциальная аналитика человеческого бытия и бытия вообще получает наиболее последовательное и ярко выражен­ное воплощение в философии К. Ясперса по отно­шению ко всем другим проблема, которая как зеркало показыва­ет человеку, кем он может быть и чего он может достичь.


Обнаружение человеком своей собственной слабости и бес­силия выступает важным побудительным импульсом к фило­софствованию, концентрирует внимание человека на тех жиз­ненных ситуациях, которые остаются неизменными в своем существе, даже если их присутствие и действие закрыты заве­сой повседневности. Ими являются: смерть, страдания, борь­ба, влияние на человека воли случая, виновность, которые Ясперс называет основными ситуациями нашего существова­ния или пограничными ситуациями. В обыденной жизни чело­век либо забывает, либо сознательно отвлекается от них, живя интересами своих повседневных нужд и дел. От неизбежных в жизни опасностей и крушений человек ищет спасения в дос­тижениях науки и техники, в поддержке со стороны общества. Однако по мере реализации своих жизненных целей он обна­руживает тотальную ненадежность мира. Ни государство, ни Церковь, ни общество, - говорит Ясперс, - никогда не обеспе­чивали и не обеспечивают человеку абсолютной защиты и на­дежности, представления о которой суть лишь обманчивые впечатления. Подлинная сущность человека обнаруживает себя лишь в экзи­стенции, которая раскрывает себя в пограничных ситуациях. Экзистенция находится в тесном соприкосновении с историческими событиями, задающими уникальность «определенной человеческой судьбы»


Суть коммуникации, отражающей специфичность ясперовского экзистенциализма, состоит в том, что отдельный человек сам по себе не может стать человеком и что сознание действи­тельно лишь в коммуникации с другим самобытием. Человек не может стать самим собой, обрести себя, не вступив в общение с другими, однако он также не может вступить в экзистенциальное общение, не побыв в одиночестве с самим собой. К Ясперс предлагает нам два вида коммуникации, где каждая имеет свой внутренний принцип и свои результаты. Выбор остается лишь за нами. В феномене веры философ находит ответ о возможности глобальной коммуникации, способной не только изменить кардинально общество, но и убрать разобщенность между людьми, ведущую к самоизоляции отдельного индивида и разрушая духовный стержень всего общества в целом. « Главная работа жизни состоит в том, чтобы от иллюзий прийти к истинному знанию того, что для нас поистине ценно». 1


Библиография


1. К.Ясперс. Смысл и назначение истории. Республика. М.,1994.


2. П. Гайденко. Человек и история в свете философской коммуникации

К. Ясперса. Наука. М., 1978.

3. Э. Мунье Манифест персонализма. Республика. М., 1999.


4. Г. Марсель. Опыт конкретной философии. Республика. М., 2004.


5. От Я к Другому. Сборник переводов по проблемам интерсубъективности, коммуникации и диалога. Мн., 1997.


6. М. Бубер. Я и Ты. Философский альманах. М., 1991.


7. С. Франк. Духовные основы общества. М., 1992.


8. Г. Гадамер. Актуальность прекрасного Искусства. М., 1991.


9. Проблема сознания в современной западной философии. Критика концепций. Наука. М., 1989.

1 К. Ясперс. Смысл и назначение истории.// Философская вера. Республика. , М., 1994, С. 425.

1 Э. Мунье. Манифест персонализма., « Республика»,М., 1999, С.449.

1 П. Гайденко. Человек и история в свете философской коммуникации К. Ясперса М., Наука, 1978, С. 92.

1 П. Гайденко. Человек и история в свете философии коммуникации К. Ясперса М., Наука, 1978, С. 119.

1 К. Ясперс. Смысл и назначение истории. Республика, М., 1994, С. 452.

1 П. Гайденко.Человек и история в свете философии коммуникации К. Ясперса. М., Наука, 1978, С. 133.

2 Э. Мунье Манифест персонализма. Республика, М., 1999, С. 36-37.

1 К. Ясперс. Смысл и назначение истории. М., Республика. М., 1994, С. 424.

1 Г.Гадамер. Актуальность прекрасного. М., 1991. С.48

1 В. Дильтей. Сущность философии. Интрада, М., 2001, С. 67.

1   2

Скачать, 547.43kb.
Поиск по сайту:



База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru