Категории:

« вся тварь совокупно стенает и мучится доныне; и не только она, но а мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего»

Поиск по сайту:


страница1/15
Дата02.04.2012
Размер3.06 Mb.
ТипКнига
Содержание
Победа вавилона
Дерево посреди земли
Пишущая рука
Зачарованные львы
Киппурская война
Реквием для мессии
Священник с огненными глазами
Победа иерусалима
Книге Даниила
2. Назовите имена художников, поэтов, музыкантов и фи­лософов, которых вдохновляла Книга Даниила.
Победа вавилона
Книга Бытия 11:1-9
1, Переселение (1:2)
2. Отчуждение (1:3-7)
3. Сопротивление (1:8-16)
4. Освобождение (1:17-21)
1. Что означает Вавилон в библейской символике?
4. Что в данном рассказе свидетельствует о Боге как о Творце и о Его благодати?
А. Переселение
Б1. Сопротивление
...
Полное содержание
Подобный материал:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


Info-centre SDA


JACQUES DOUKHAN

LE SOUPIR DE LA TERRE

Etude prophetique du livre de Daniel

«...jusqu 'a cejour la creation tout entiere soupire... Et се п 'estpas elle seulement, mass nous aussi nous soupirons en nous-memes.»

Paul

(Romains 8 :22,23)


ЖАК ДУКАН

СТЕНАНИЕ ЗЕМЛИ

Исследование Книги пророка Даниила

«... вся тварь совокупно стенает и мучится доныне;

и не только она, но а мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего»

Павел

(Послание к Римлянам 8:22,23)


Книга профессора Жака Дукана, специалиста по Ветхому Завету, является попу­лярным комментарием Книги пророка Даниила. Она содержит не только исторические факты и доказательства, дающие ключ к пониманию древних пророчеств, но и практи­ческие уроки, которые может почерпнуть современный читатель Книги Даниила.

Адресуется широкому кругу читателей.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие

Глава первая: Введение

^ ПОБЕДА ВАВИЛОНА

1. Переселение

2. Отчуждение

3. Сопротивление

4. Освобождение

Глава 2

ИСТУКАН И ГОРА

1. Забытый сон

2. Молитва о тайне

3. Сон о царствах

1. Истукан

2. Камень

4. Молитва царя

Глава 3

ШАГИ В ПЕЧИ

1. Притязания Вавилона

2. Обвинения халдеев

3. В огне

4. Реванш

5. Успех евреев

Глава 4

^ ДЕРЕВО ПОСРЕДИ ЗЕМЛИ

1. Молитва исцеленного

2. Содержание сна

3. Толкование сна

1. Дерево в цветущем состоянии

2. Падение дерева

4. Исполнение сна

1. Гордость царя

2. Сумасшествие царя

5. Молитва исцеленного

Глава 5

^ ПИШУЩАЯ РУКА

1. Тост царя

2. Надпись на стене

3. Упрек царицы

4. Валтасар призывает Валтасара

5. Упрек пророка

6. Значение надписи

7. Смерть царя

Глава 6

^ ЗАЧАРОВАННЫЕ ЛЬВЫ

1. Комплекс Вавилона

2. Обвинение сатрапов

3. Во рву

4. Реванш

5. Победа Даниила

Глава 7

ЧЕТЫРЕ ЗВЕРЯ И СЫН ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ

1. Лев, медведь и барс

1. Лев

2. Медведь

3. Барс

2. Четвертый зверь

1. Десять рогов

2. Небольшой рог

3. Суд

3. Сын человеческий

1. Его личность

2. Его пришествие

Глава 8

^ КИППУРСКАЯ ВОЙНА

1. Пророк видит

1. Овен

2. Козел

3. Небольшой рог

4. Овен и козел

2. Что здесь подразумевается

1. Суд

2. Творение

Глава 9

^ РЕКВИЕМ ДЛЯ МЕССИИ

1. Мессия семидесятилетия

2. Усиленная молитва

3. Мессия семидесяти седмин

1. Начало

2. Продолжительность

3. Конец

4. Связь между двумя пророчествами

Глава 10

^ СВЯЩЕННИК С ОГНЕННЫМИ ГЛАЗАМИ

1. На берегу Тигра в месяце тишри

2. Сокрушающее видение

3. Видение, вносящее ясность

Глава 11

ВОЙНА МИРОВ

1. Греко-персидские войны

2. Противоборство Севера и Юга

1. Духовное значение

2. Историческое значение

Глава 12: Заключение

^ ПОБЕДА ИЕРУСАЛИМА

1. Пришествие Михаила

2. Суд

3. Когда?

4. От ожидания к движению

Приложение

КНИГА ПРОРОКА ДАНИИЛА И ЕЕ КРИТИКА

1. Канонический аргумент

1. Место в каноне

2. Молчание Иисуса, сына Сирахова

3. Псевдоним

2. Литературный аргумент

1. Литературный жанр

2. Литературная разнородность

3. Лингвистический аргумент

1. Персидские слова

2. Греческие слова

3. Арамейский язык

4. Еврейский язык

4. Исторический аргумент

1. Халдеи

2. Ошибка в хронологии

3. Царь Валтасар

4. Дарий Мидянин

5. Намеки на маккавейскую историю и на Антиоха Епифана

5. Контраргумент

1. Книга пророка Даниила

2. Библия

3. Рукописи Мертвого моря

Примечания

Посвящается моей дочери Мирте Абигаиле

Предисловие

Напряжение достигло высшего предела в этой маленькой иракской деревушке. Оскорбления и проклятия раздавались с обоих берегов Тустера1. Женщины плакали и ругались. Мужчи­ны точили ножи. Дети дрожали от страха.

Еще один конфликт назревал на Ближнем Востоке. На этот раз противоречия касались не нефти, не отношений между ев­реями и арабами и не захвата территорий.

Причиной этого яростного спора был гроб Даниила.

Согласно древнему местному поверью, останки пророка приносили счастье всякому, кто к ним приближался. Было за­мечено, что жители того берега, где находился гроб, были бо­гаты и счастливы, в то время как жители другого берега — бед­ны и несчастны. Последние страстно желали, чтобы останки пророка были перенесены на их сторону. Но жители противо­положного берега, отнюдь не желавшие утратить свое счастье, не хотели даже и слышать об этом. Дело грозило уже дойти до серьезных столкновений, когда после долгих переговоров сто­роны пришли, наконец, к соглашению. Было решено, что гроб будет поочередно находиться в течение года на каждом берегу реки. Этот компромисс продолжался несколько лет, пока од­нажды царь Санигаршах, посещая этот район, не положил ко­нец действиям, в которых он усмотрел неуважение к памяти

Божьего человека. Он приказал цепями приковать гроб посе­редине моста, на одинаковом расстоянии от обоих берегов.

Теперь Даниил принадлежал всем.

Эта история, рассказанная одним путешественником XII века, содержит2 весьма важный урок для исследователей Книги Даниила: маленькая книга, состоящая из двенадцати глав и затерявшаяся в толстой древней Библии, единственная вещь, оставшаяся от Даниила, она несет великую и грандиозную весть, которая не укладывается в рамки какой-либо конфес­сии или культуры.

Эта книга адресована всем нам.

Она важна для верующих всех конфессий. Иудейский пи­сатель первого века н. э. Иосиф Флавий признает Даниила «са­мым великим из пророков»3, поскольку, пишет далее Иосиф, «он не только предсказал будущие события, как это делали и другие пророки, но и указал время их исполнения»4.

Серьезное внимание уделяется Книге пророка Даниила в литературе междузаветного периода — Ни! веков до Р. Хр. Кни­га вдохновляла авторов многочисленных легенд этой эпохи5. Боль­шое влияние она оказала и на кумранскую общину6. Все это го­ворит о глубоком почтении к этой книге среди иудеев.

В Талмуде Даниил охарактеризован как «самый мудрый и самый могущественный из всех людей»7. В одном Мидраше высказывается восхищение и говорится о Данииле и Иосифе как о двух людях, которым Бог открыл события, относящиеся к последнему времени8. Согласно другому Мидрашу, Бог отк­рыл ему будущность Израиля и время последнего суда9. Не­смотря на некоторую сдержанность, обусловленную иудео-христианской полемикой, иудейские ученые с большим рве­нием изучают пророчества Даниила. Великий Маймонид на­ходит их исполнение в истории Рима, Греции, Персии, ислама и даже христианства10. Толкователь Раши, руководитель об­щины Саадиа Гаон, поэт и философ Нахманид, политик

Абарбанель, гуманист Лоэб (Махараль) — вот лишь некоторые из знаменитых ученых, которые тщательно исследовали Книгу Даниила с целью определить время пришествия Мессии11. Ближе к нам по времени, уже в XX веке, философ Франц Розенцвейг смело устанавливает связь между мировой историей и пророчествами Даниила12. Еще более близкий к нам Авраам Гешель называет Даниила пророком ожидания13, а Андре Неэр говорит о нем как о «пророке молитвы»14. По мнению Эли Визеля, Книга Даниила содержит секрет надежды15.

В христианской традиции Книга пророка Даниила весьма быстро получает почетное положение часто цитируемой кни­ги. Первые христиане, и особенно отцы Церкви, часто аргу­ментируют свои свидетельства, основываясь на Книге Дании­ла. Ипполит, а особенно Иероним и даже Фома Аквинский от­мечают огромный интерес к этой книге16. Позднее из-под пера реформаторов выходит целый поток комментариев и иссле­дований Книги Даниила. Работая над переводом Писаний, Лютер утверждает, что эта книга достойна того, чтобы быть изданной первой17. Кальвин посвящает ей свои самые блестя­щие выступления18. В XIX веке, когда веет ветер религиозного обновления, Книга Даниила занимает господствующее место и вдохновляет ожидающих Мессию19. По понятным для нас причинам мы и сегодня наблюдаем большой интерес к иссле­дованию Книги Даниила20.

Даже среди мусульман Книга Даниила пользуется особым вниманием. Исламская традиция сохранила большинство рас­сказов о жизни «Данияля», прозванного «великим судьей и ви­зирем» (Даниил при дворе Навуходоносора, Даниил во льви­ном рву, сумасшествие Навуходоносора, пир Валтасара и др.). Но прежде всего Даниила помнят как пророка, предсказываю­щего будущее время и конец мира. Коран упоминает о проро­чествах Даниила в описании сновидения Джуль Карнайн (два рога), где, несомненно, пересказывается видение из 8 главы Книги Даниила. Позднее мусульмане начинают составлять по­пулярные гороскопы (мальхамат Данияль), изобретение кото­рых приписывается Даниилу. Пророчества Даниила связыва­ются даже с памятью о великом халифе Омаре, благодаря

стараниям которого сохранился сборник видений Даниила21. В наше время движение бахаи, возникшее в шиитском Иране, утвер­ждает свое право на существование и свое призвание к уста­новлению всемирной религии на основании пророчества Дани­ила. Согласно их взглядам, двенадцатый махди, которого иран­ские мусульмане ждут как восстановителя царства справедли­вости, уже пришел в 1844 году н. э. или в 1260 году хиджры Мухаммеда. Ученые бахаи пришли к такому выводу на основа­нии пророчества Даниила о 1260 днях22.

Являясь предметом тщательных исследований для различ­ных религиозных деятелей, Книга Даниила привлекала также внимание философов, психологов и таких ученых, как Спино­за23, Юнг24, Исаак Ньютон25, и даже вдохновляла поэтов и ар­тистов. Начиная со строгих парафразов литургической драмы средневековья26 и до изысканных сочинений Дария Мило27 или выразительных и глубоких мелодий Луи Армстронга28, сюжеты Книги Даниила использовались в различных жанрах: в трагико­медии XVII века29, в кантате и джазе XX века30. Вдохновляла она и художников. Микеланджело31, Рембрандт32, Рубенс33, Делак­руа34 и многие другие создали шедевры, в которых не только напоминают о необыкновенном чуде, но и смело развивают его в форме пророческих циклов. Таким образом, в целом Книга Даниила не является исключительно религиозной ценностью, она принадлежит и всей мировой культуре. Такой же универ­сальный характер мы обнаруживаем и при изучении отдельных частей Книги пророка Даниила.

Но прежде всего Книга Даниила, конечно же, религиозная книга. Ее духовное богатство может остаться поначалу незаме­ченным, настолько внимание поглощено величием апокалиптических видений и чудесами. В действительности же на протяже­нии всего повествования эти яркие события рисуются на фоне ежедневных молитв. В книге семь раз упоминается о молитве. В некоторых случаях, когда говорится о коленопреклонении лицом к Иерусалиму, молитва подразумевается. В других же местах Книги о ней сказано совершенно определенно. Прекрасная, глу­бокая и волнующая, она всегда связана с историческим событи­ем или с человеческим опытом. Самая длинная из этих молитв

приведена в девятой главе между двумя пророчествами: одно из них — пророчество Иеремии о 70-ти годах, после которых Изра­иль должен возвратиться из плена, и другое — о 70-ти седминах, в котором говорится о восстановлении Иерусалима и о спа­сении мира. Это переплетение молитвы и истории передает биб­лейское представление о духовности. В Библии действующие лица не выходят за пределы реального, чтобы встретиться с бо­жественным. Напротив, одно с другим неразрывно взаимосвя­зано. История куется на наковальне молитвы.

Но поскольку духовность Книги Даниила имеет реальное во­площение, она является и человеческой. Особое место в книге занимают также музыка и поэзия. В ней есть все поэтические формы, характерные для того времени: параллелизм, отраже­ние, ритм, игра слов. Слова же красивы и выразительны. Мы ощущаем красоту речи, наслаждаемся ею, стремясь в то же вре­мя постичь ее смысл, так как эта красота является одновремен1 но истиной. Это, впрочем, не означает, что другая истина — ис­тина рационального и философского порядка — имеет меньшее значение. В действительности Книга Даниила адресована и ра­зуму, и мышлению, она — Книга мудрости. В ней мы находим наполненные глубоким смыслом размышления об истории, о Боге, о человеке, об этике и о бытие. И в еврейском каноне она помещена среди книг мудрости. А о самом Данииле говорится прежде всего как о мудреце (1:20; 2:13}, то есть как о человеке, который может разгадывать тайны и постигать самые возвышен­ные истины, одним словом, как о человеке, способном к пони­манию. Ведь и об истине Даниила говорится как об истине, ко­торую необходимо понять. Вообще слова, связанные с понима­нием, очень часто встречаются в тексте. Даниил пытается по­нять (8:15). Ангел «вразумляет» Даниила относительно значения видения (8; 17; 9:22, 23). Случается и так, что Даниил оказывает­ся не в состоянии понять увиденное. И наконец говорится, что «разумные из народа вразумят многих» (11:33). Пророчества Даниила основываются и на математических данных, что очень редко встречается в Библии. Приводятся цифры и предсказыва­ется событие, однако для понимания оказывается необходимым еще и научное мышление. Андре Лакок справедливо заметил: «Одна из важнейших особенностей Книги Даниила заключается

в том, что она подчеркивает связь веры с интеллектом»35. Значе­ние, отводимое интеллекту, в контексте откровения может пока­заться парадоксальным, так как вера далеко не всегда сочетает­ся с интеллектом. Часто их даже противопоставляют одно друго­му. Исследование Книги Даниила показывает нам, что все как раз наоборот: интеллект и проницательность оказываются рав­но необходимыми. И более того, книга представляет собой как бы вызов интеллекту: ее слова «запечатаны» (12:4, 9).

В Книге Даниила использованы многие языки. Помимо ев­рейского (традиционного языка Израиля), Даниил прибегает к арамейскому языку (с 2:4 по 7:28) — международному языку той эпохи. Встречаются в книге также древневавилонские (аккадские), персидские и даже греческие слова. Такое языковое разнообра­зие делает Книгу Даниила уникальной среди других книг Библии и как бы служит знаком того, что данная в ней весть не ограни­чивается территорией Израиля, но адресована всем народам.

Этот универсальный характер мы обнаруживаем и на уровне содержания. Книга Даниила — это книга религиозная, говоря­щая от имени Бога и раскрывающая видение свыше; но это также историческая книга, повествующая о событиях прошло­го, настоящего и будущего. Это книга молитв, передающая тре­пет человека, созданного из праха, перед лицом своего Твор­ца; поэтическая книга, пленяющая красотой своей мелодии; но также книга мудрости и загадок, пробуждающая разум и интел­лект. Человек верующий, мистик, историк, поэт, философ и ес­тествоиспытатель, иудей и язычник находят в этой книге близ­кое своему сердцу. Книга Даниила универсальна и привлека­тельна во многих отношениях.

По сути дела, универсальное значение книги не сводится только лишь к ее форме и языку, но прежде всего, и в первую очередь, оно связано с ее содержанием. Книга Даниила несет всемирную весть, поскольку ее истины имеют отношение к судь­бе всего человечества. Ни в одной другой Книге, входящей в со­став Библии, не говорится столько о космическом конце мировой истории. Статистические данные весьма красноречивы на этот счет. Еврейское слово «кец» (конец) встречается в Писании 42

раза, из них 19 — в ^ Книге Даниила, 9 — в Книге Иезекииля, 5 — в Книге Иеремии, 5 — в Бытии, 4 — в Книге Исаии и т. д. Из 10 случаев употребления арамейского слова «соф» (конец) 5 прихо­дится на Книгу Даниила, 3 раза это слово встречается в Книге Екклесиаста, 1 раз во 2 Паралипоменон и 1 раз в Книге Иоиля.

Весьма знаменателен и тот факт, что сообщения о конце открывают и закрывают книгу. Книга начинается с упоминания о конце истории Израиля (1:1) и завершается словами о гло­бальном событии — о конце мира (12:13). Кроме того, внутри Книги — в видениях, охватывающих всемирную историю, — много места отводится последнему времени. Во второй главе пять стихов из девяти (41-45) имеют отношение к концу; в седь­мой главе шесть стихов (23-28) из восьми (17, 18, 23-28), в восьмой главе четыре стиха (23-26) из семи (20-26), в один­надцатой главе — сорок стихов из сорока пяти (5-45) и две­надцатая глава полностью.

Но это еще не все. Сама литературная структура Книги Да­ниила представляет собой органическую связь между истори­ческими частями Книги (главы с 1 по 6) и пророческими частями (главы с 7 по 12). Эту структуру можно передать двумя схемами:

• концентрический параллелизм:36





Первая глава стоит обособленно и представляет собой введение ко всей книге. Что касается остальных глав, то они свя­заны между собой игрой параллелизмов, тематических и рече­вых соответствий (сейчас мы лишь отметим этот факт, а в даль­нейшем, по мере нашего исследования, мы наглядно это про­демонстрируем).

Таким образом, две перспективы — историческая и про­роческая — переплетаются, подчеркивая тесную взаимосвязь между событиями, разворачивающимися на фоне истории, и пророчествами, устремленными в будущее. Значение этой взаимосвязи легко понять: исторические события, изложен­ные в этой книге, имеют также пророческий характер; и не только в плане прошлого (поскольку они часто являются ис­полнением пророчеств), но и в плане будущего, так как они символизируют участь, ожидающую мир. С другой стороны, пророческие видения имеют также и исторический характер в том смысле, что они должны быть поняты в плане реальной истории, а не только как уроки нравственности или как ду­ховная бесплотная весть.

Этим двойственным (историческим и пророческим) харак­тером Книги Даниила обусловлен выбранный нами метод тол­кования (см. приложение). Поскольку пророчества и история взаимосвязаны, мы решили рискнуть, рассматривая текст сло­во за словом, параллельно обращаться также к истории. При изучении каждой главы мы будем руководствоваться ее содер­жанием и структурой38. Мы будем осторожно переходить от тек­ста к истории и обратно. Такой подход даст нам возможность избежать фантастических спекуляций и позволит убедиться, дей­ствительно ли пророк «верно видит» (Иер. 1:12).

К тому же мы сможем определить время, в которое живем, и наше собственное состояние по отношению к пророчеству. Ведь если мы считаем верным, что пророческие видения Дани­ила имеют отношение к реальной мировой истории, то это зна­чит, что они касаются всех нас:

«... Видение относится к концу времени!» (Дан. 8:17). 16

Весть Книги Даниила адресована не какой-то отдельной группе людей, не какому-то отдельному народу. Всех нас, не­смотря на наши религиозные, психологические, культурные и политические различия, объединяет прежде всего одна общая участь, которую Даниил называет «конец».

Было время, когда это слово вызывало смех. Сегодня оно вызывает страх и заставляет задуматься, потому что положе­ние слишком серьезно, чтобы кто-то мог оставаться равно­душным или продолжать пребывать в неведении. В конце на­шего второго тысячелетия люди, какими бы оптимистичными они ни были, видя угрозу ядерной войны, экологической ка­тастрофы, экономических и социальных потрясений, начина­ют понимать, что конец — это не просто новая идея, провоз­глашенная каким-то пророком, — мечтателем и утопистом. Конец стал вероятным и теперь воспринимается как ре­альное событие, касающееся всего мира. Это слово прочно вошло в лексикон экологов, политиков, философов и эконо­мистов. Его серьезно обсуждают самые разные люди, такие, например, как Ж. Эллюль, С. Пизар, А. фор-Оппенхеймер, М. Вест, Н. Сианук39. Вопрос о том, что ждет нас завтра, ста­новится все более тревожным. Человек ощущает, что мир при­ближается к своему концу. Поэтому сегодня Книга Даниила является актуальной, как никогда прежде.

1. Какие религиозные традиции связаны с Книгой проро­ка Даниила?

^ 2. Назовите имена художников, поэтов, музыкантов и фи­лософов, которых вдохновляла Книга Даниила.

3. Какова структура Книги Даниила? К каким выводам она нас подводит?

4. Какие языки мы находим в Книге Даниила?

5. В чем заключается универсальный характер Книги Да­ниила?

Глава первая: Введение

^ ПОБЕДА ВАВИЛОНА

Книга пророка Даниила начинается трагическим сообще­нием: Вавилон начинает войну против Иерусалима.

«В третий год царствования Иоакима, царя Иудейского, при­шел Навуходоносор, царь Вавилонский, к Иерусалиму и оса­дил его» (Дан. 1:1).

Автор описывает не только конфликт местного значения — столкновение двух исторических государств, — но использует эти события и как символ великого космического противоборства. Такое понимание текста, подсказанное классической ассоциацией «Вавилон — Иерусалим», сразу же подтверждается упоминанием о Сеннааре (1:2). Это древнее, мифическое название Вавилона, которое мы встречаем в рассказе о вавилонской башне (Быт. 11:2).

С самых древних времен Вавилон обычно символизиро­вал в Библии силы зла, которые противостоят Богу и хотят при­своить себе Его права и Его власть. Достаточно лишь вспом­нить о строительстве вавилонской башни.

^ Книга Бытия 11:1-9 сообщает нам о том, как вскоре после потопа первые поколения людей, говоривших на одном языке, решили построить башню, чтобы достичь неба. Далее говорит­ся, что Бог сошел на землю и смешал языки, в результате чего строительство прекратилось. Слово «Вавилон» произошло от

еврейского слова «балал», означающего «смешивать» (Быт. 11:9). Таким образом, в памяти древнего народа Божьего Ва­вилон сохранился как символ стремления сотворенных существ захватить власть, принадлежащую Творцу.

Позднее пророки вернулись к этой теме. Это произошло в тот момент, когда угроза Иерусалиму со стороны Вавилона стала очевидной.

«Ты произнесешь победную песнь на царя Вавилонского, и скажешь:

...А говорил в сердце своем: "взойду на небо, Выше звезд Божиих вознесу престол мм... взойду на высоты облачные, Буду подобен Всевышнему"» [Ис. 14:4,13,14;ср.Иер.50:17-40;Иез.31).

Описывая конкретное противоборство вооруженных сил Ва­вилона и Иерусалима, пророк дает нам услышать звуки еще од­ной битвы, битвы другого порядка и другого масштаба. Этот под­ход устанавливается с самого начала книги. Всю Книгу пророка Даниила, начиная с первой главы, следует читать в этом ключе.

^ 1, Переселение (1:2)

Уже само по себе переселение иудеев представляет со­бой узурпацию власти со стороны Вавилона. Народ Божий и священные сосуды из храма становятся теперь собственностью Навуходоносора.

«И предал Господь в руку его [Навуходоносора] Иоакима, царя Иудейского, и часть сосудов Дома Божия» (Дан. 1:2).

Чтобы понять, насколько трагичны эти слова, их нужно рас­сматривать в историческом контексте.

Давайте мысленно перенесемся в 605 год до Р. Хр40. Иеру­салим, столица Иудейского царства, взята халдеями, а ее

жителей переселяют в Вавилон. Немногим более ста лет назад (722 г. до Р. Хр.) подобная участь постигла братское Северное царство, захваченное ассирийцами (4 Цар. 17:4-23), после чего из бывшего великого царства Давида лишь Иудейское госу­дарство продолжало сохранять независимость.

Вскоре после смерти Соломона царство Давида вследст­вие восстания оказалось разделенным на две части. Десять колен Севера образовали государство, называвшееся Израиль. А три колена Юга (Иуда, Вениамин и Левий) объединились в государство, называемое Иуда.

Следствием раскола стали случавшиеся время от времени братоубийственные войны между этими двумя царствами. А в целом история Израиля и история Иуды имеют много общих черт. Зажатые между двух сверхдержав той эпохи (Египет — на юге, а на севере и на востоке — Ассирия, на смену которой потом пришел Вавилон), как Израиль, так и Иуда часто пыта­лись объединиться с южной державой, чтобы противостоять северной. В конце концов оба государства постигла одна участь, причем события развивались по сходному сценарию. Заключе­ние союза с югом ускорило их падение.

В Израиле царь Осия попытался вступить в союз с Егип­том, чтобы избавиться от ассирийского ига. Последовало вторжение ассирийских войск, ставшее для Израиля катас­трофой. Вся территория Северного царства была захвачена, царь Осия был арестован, закован в кандалы и брошен в тюрьму (4 Цар. 17:4). Столица государства Самария выдер­живала осаду в течение трех лет, но затем пала. Ассирийс­кий царь Саргон продолжил политику переселения, начатую его дедом феглаффелласаром III (746-727). Израильтяне были переселены в восточные части Ассирийской державы, а на их место были переведены ассирийские колонисты, уро­женцы Вавилона, Куты и других местностей, образовавшие ядро будущего самарянского народа. После этих трагичес­ких событий израильский народ исчез из мировой истории. Десять колен из тринадцати растворились среди населения Ассирийской империи.

Иудейское царство, состоявшее из трех остальных колен, просуществовало еще некоторое время, но и оно было сокру­шено. Иудеи так же были переселены за то, что заключили союз с Египтом. Однако ситуация в Иудее несколько отличалась от той, что была в Израиле. Теперь вместо ассирийцев в данном районе господствовали вавилоняне. Ассирия к этому времени была сокрушена и ее столица Ниневия пала в 612 году до Р. Хр. К тому же иудео-египетский союз не был столь неожиданным, как израильско-египетский союз. В действительности он был навязан Египтом во время египетской военной кампании в Па­лестине. Фараон Нехао сместил иудейского царя Иоахаза, ко­торый был союзником Вавилона, и поставил вместо него его брата Иоакима, на верность которого фараон рассчитывал (4 Цар. 23; 24; ср. 2 Пар. 36:1-4). Вавилону не понравилось это посягательство Египта на территорию, которую Вавилон счи­тал своей. В течение двух лет Иоаким сохранял верность Егип­ту. На третьем году правления Иоакима старый вавилонский царь Набополасар, недовольный действиями Египта, посылает своего сына Навуходоносора во главе армии, чтобы сразиться с египтянами. Сражение произошло в 605 году при Кархемише. Египетские войска были разбиты, и Навуходоносор, который к этому времени уже прошел через Иудею и подчинил себе Иоаки­ма, готовился преследовать египтян. Но в этот момент он узна­ет о смерти отца. Навуходоносор решает быстро вернуться в Вавилон, так как предчувствует, что там готовится заговор. Возвращаясь, он забирает с собой из Иудеи несколько моло­дых пленников благородного происхождения. Среди них — Да­ниил и его товарищи. Торопясь в Вавилон, Навуходоносор с небольшим отрядом направляется по кратчайшему пути: прямо через пустыню. Пленники же идут с основной частью армии через север. Этот путь хотя и длинен (примерно полторы тыся­чи километров), но более надежен. По этой дороге идут кара­ваны, пересекая самый гостеприимный край и двигаясь по кон­туру плодородной местности, имеющей форму полумесяца. Сам Авраам около полутора тысяч лет назад шел по этой дороге. Теперь пленники идут в противоположном направлении, идут в Вавилон. Угнанные с родной земли, скованные цепями, иудей­ские пленники знают, что они потеряли все. Их прошлое, их надежды, их самобытность, их жизненные ценности — все

теперь утрачено. В плену они скоро забудут, кем были прежде. Именно такую цель и преследовал поработитель. Жителей пе­реселяли из родных мест, чтобы легче была подчинить их своей власти. Занятые приспособлением к новой обстановке и буду­чи в меньшинстве среди местного населения, они больше не помышляли о восстании. Более того, в конце концов они сами становились верноподданными гражданами, подобными дру­гим. Они ассимилировались.

Но испытание, выпавшее на долю иудейских пленников, выходит за рамки их личных судеб. Конец Иудеи означает, по сути дела, конец последних потомков Иакова.

Надвигающийся конец — это не только политическое со­бытие. Он касается избранного народа и поэтому приобретает духовное и космическое значение. Если исчезает последний Божий свидетель, то в библейской перспективе это ставит под угрозу существование всего мира. Вавилон занял место Иеру­салима, и религиозный смысл этой узурпации власти очеви­ден. В данном тексте трижды подчеркивается, что Навуходоно­сор перенес сосуды из Божьего храма в свой храм в Вавилоне. И этот факт весьма знаменателен.

«Он [Навуходоносор} отправил их [сосуды] в землю Сенна-ар, в дом бога своего, и внес эти сосуды в сокровищницу бога своего» (Дан. 1:2).

Этот стих, передает трагический характер данного собы­тия: бог царя Навуходоносора занял место иудейского Бога. Но самое худшее заключается в том, что это произошло как наказание Божье: «И предал Господь в руку его» {1:2). Это — исполнение пророчеств, которые были произнесены древни­ми пророками как предостережение и как призыв к покаянию (Ис. 39:5-7; Иер. 20:5).

^ 2. Отчуждение (1:3-7)

По прибытии еврейских пленников в Вавилон ими сразу же занялись царские чиновники. Асфеназу, начальнику

евнухов41, было поручено произвести среди них предварительный отбор. Молодые люди царского рода42, обладавшие безупреч­ным здоровьем и прекрасными умственными способностями, должны были получить высшее халдейское образование с целью подготовки к царской службе43. Нам нужно ясно представлять, что это было за образование и какую цель преследовал царь. Это образование, помимо технического овладения вавилонской письменностью, включало в себя много других предметов. Ко­нечно, необходимо было научиться понимать сотни клинопис­ных знаков, использовавшихся в вавилонской письменности того времени. Писцу необходимо было знание не менее трех язы­ков: шумерского, вавилонского и арамейского. Шумерский язык был традиционным священным языком, заимствованным с се­вера. Это был флективный язык с клинописной письменностью. Вавилонский (аккадский) язык был национальным языком стра­ны. Он имел семитское происхождение и также пользовался клинописью. И наконец, арамейский язык был международным торговым и дипломатическим языком, имевшим квадратное письмо, знакомое нам по современным еврейским Библиям. Но важнее всего было овладеть магическими приемами халде­ев. Само значение слова «халдей» говорит об обязанностях че­ловека, занимавшего эту должность. Оно происходит от вави­лонского слова «калду» (или «кашду») и обозначает «состави­теля астрономических карт». Халдеем был тот, кто считался спе­циалистом в составлении карты неба. Вавилоняне были знато­ками астрономии. Древние документы свидетельствуют, что они уже задолго до описываемых событий (747 г. до Р. Хр.) наблю­дали и даже с удивительной точностью предсказывали затме­ния. Но они изучали астрономию не только для того, чтобы по­нять движение светил. Они верили, что наблюдение за небом помогает им предвидеть будущее. Астроном-халдей был пре­жде всего астрологом, и составление гороскопов началось еще в те далекие времена. Вавилоняне, как, впрочем, и многие наши современники, верили, что движения светил определяют судь­бу человека и даже ход всемирной истории. Программа обуче­ния писцов являлась поэтому в первую очередь религиозной и была построена таким образом, чтобы превратить еврейских юношей в настоящих халдейских жрецов, владеющих всеми тай­нами прорицания.

Практика отчуждения, проводимая царем в отношении ев­реев, не должна была ограничиваться только интеллектуаль­ной сферой, но должна была касаться и образа жизни, а осо­бенно питания. Царь сам «назначил» продукты для их стола. Глагол, употребленный здесь в форме «вайеман» («назначил»), в еврейской Библии имеет при себе в качестве существитель­ного только Бога и встречается только в контексте творения (Иона 2:1; 4:6-8). Неожиданное употребление этого глагола с существительным «царь» показывает, что Навуходоносор, «на­значая» пищу, становится на место Творца. А посмотрев на предлагаемые блюда, мы увидим, что намерения царя вовсе не безобидные. В Библии и вообще на древнем Ближнем Вос­токе мясо и вино, упомянутые вместе, обычно ассоциирова­лись с обрядовым принятием пищи и с отправлением культа (Втор. 32:38). Участие в такой трапезе вело человека к подчи­нению вавилонской религии и, по сути дела, означало призна­ние Навуходоносора своим богом, поскольку, согласно вави­лонской религии, царь считался земным богом. Ежедневное обрядовое употребление мяса, и вина должно было не только подкреплять силы еврейских пленников, но также имело целью заставить их поклоняться царю. На это указывает и еврейское выражение в конце пятого стиха: «они должны были предстать пред царя». Такое выражение употреблялось, когда речь шла о религиозном служении. То же самое еврейское выражение употреблено во 2 Пар. 29:11, где говорится об обязанностях левитов во время служения Богу.

Итак, еврейских юношей не только обучают наукам. Раз­личными способами на них пытаются воздействовать так, что­бы они стали поклоняться Навуходоносору. Их подстерегает опасность даже в обычных жизненных мелочах. Чтобы подчер­кнуть, что теперь у них другой господин, им даже меняют име­на. Все, что в имени могло бы напоминать прежнего Бога, до­лжно быть изглажено и заменено упоминанием о новых вави­лонских богах.

— Даниил (по-еврейски «Бог — мой судья») становится Вал­тасаром. Это имя означает: «Пусть Вал (титул Мардука, главно­го вавилонского божества) охраняет его жизнь».

— Анания (по-еврейски «Милость Иеговы») становится Седрахом. Это имя означает «Повеление Аку» (Аку — шумерский бог луны).

— Мисаид (по-еврейски «Кто, как Бог») становится Мисахом, что означает «Кто, как Аку».

— Азария (по-еврейски «Иегова помог») становится Авденаго. Это имя означает «Служитель Нево» (Нево — вави­лонский бог).

^ 3. Сопротивление (1:8-16)

Даниил и трое его друзей оказывают противодействие. Это можно заметить уже по тому, как в Книге пророка Дани­ила переданы м» вавилонские имена. Если сравнить эти име­на с теми, которые встречаются в документах эпохи Навухо­доносора, то можно заметить, что в библейском тексте Бо­жественный элемент в составе каждого имени подвергнут искажению.

Вместо имени Валасар Даниия носит им» Валтасар (до­бавлена буква «т»). Имя бога звучит как «Валт», вместо «Вал».

Вместо имени Сада-Аку Анания носит имя Седрах. Имя бога Аку сократилосьдо одной буквы «х».

Вместо имени Мусаллим-Мардук Мисаил носит имя Мисах. Имя бога Мардука сократилось до одной буквы «х».

Вместо имени Арди-Нево Азария носит имя Авденаго. «Авде» — это еврейский перевод вавилонского слова «арди», означающего «служитель». Что касается имени бога Нево, оно изменилось в Наго (буква «бет» заменена буквой «гимель» — следующей буквой еврейского алфавита).

Теперь имена вавилонских богов изменены так, что их труд­но узнать. Путем такой лингвистической операции носители дан­ных имен оказывают противодействие царю.

Их решительность не ограничивается лишь изменением имен, но распространяется и на пищу. Один и тот же еврейский глагол («сам») использован, чтобы выразить решение Даниила «не оскверняться» (в русском переводе «положил в сердце сво­ем») и чтобы сообщить об изменении начальником евнухов имен (в русском переводе «переименовал»). Используя прием отра­жения, автор желает показать, что ответ Даниила следует сра­зу же за попытками царя произвести отчуждение пленников. Не желая уподобляться вавилонянам, Даниил намеревается есть и пить не так, как они. Он просит овощи и воду.

Конечно, можно предположить, что этот выбор опреде­ляется желанием есть более естественную пищу. Однако по­буждения Даниила намного серьезнее просто диетических со­ображений. Это прежде всего побуждения религиозного ха­рактера. Они проявляются в желании Даниила, как нам сооб­щает текст, «не оскверняться» (1:8). Это слово относится к области религии, и мы можем его найти там, где говорится о запрещенной пище (Лев. 11:29-40). Кроме того, сам его вы­бор говорит именно о религиозных мотивах. Весьма знамена­тельно, что, называя желаемую еду, Даниил использует выра­жение, которое напоминает один из стихов из рассказа о тво­рении (Быт. 1:29)**. Прибегая к тем же самым выражениям, Даниил четко определяет свое отношение к Богу и к царю. Для него Бог — это не царь, но Создатель. Религия Даниила состоит не только из духовных верований и возвышенных идей, она включает в себя также вполне конкретные жизненные пра­вила. Даниил показывает нам, что вера — это не только со­стояние духа или души, но что она определяет и жизнь тела. Помимо всего прочего, религия охватывает и вопросы пита­ния, и это может удивить наш разум, воспитанный на плато­новском дуализме. Тем не менее речь идет о принципе, кото­рый как жизненно важный проходит через всю Библию. Пер­вое искушение, с которым столкнулся человек, относилось к еде. Адам и Ева предопределили свою судьбу, а также судьбу всех последующих поколений, сделав всего лишь один про­стой выбор относительно еды (Быт. 3). Данные позднее пред­писания о чистой и нечистой пище, изложенные в Книге Ле­вит, основаны на том же самом принципе, определяющем

взаимосвязь между питанием и тем, что в этой Книге названо святостью (Лев. 11:44, 45). Для священников там же установ­лено более строгое предписание, запрещающее им употреб­ление алкогольных напитков, чтобы они всегда могли отли­чить священное от несвященного (Лев. 10:8-11). Аналогичный урок израильтяне получили и в пустыне, когда шли к Ханаану. Перепелы и манна были для них напоминанием о том, насколь­ко пища связана с религией. Даниил, как мы видим, не явля­ется здесь новатором. Его забота о питании имеет глубокие корни в библейской традиции.

Заметим однако, что Даниил по-прежнему остается «чело­веком». Он вовсе не аскет. Молодые евреи красивы и имеют отличное здоровье. Их лица совсем не осунулись, как того бо­ялся царский чиновник (1:20). В кратчайший срок — за десять дней45 — они показали, что можно воздерживаться от мяса и вина без всякого ущерба для здоровья.

Следует обратить внимание и на. то, как Даниил ведет себя по отношению к царскому чиновнику. Его религиозные убеждения и забота о здоровье вовсе не делают его надмен­ным или мрачным. Напротив, Даниил обращается к своему начальнику смиренно и «просит» его «о том, чтобы не осквер­няться ему» (1:8). Он даже поддерживает с ним отношения дружбы и уважения (1:9). В такой позиции Даниила заключа­ется очень важный урок, над которым следовало бы серьезно задуматься многим людям, стремящимся к святости: святость не исключает человечности, но включает ее в себя. Быть свя­тым — это не означает, что надо противопоставить себя ос­тальным людям и облечься в суровую и осуждающую правед­ность. Быть святым — не значит жить в уединении, в небре­жении о своем теле, в отрыве от реальности и без какой-либо радости в жизни. Ложное представление о набожности поро­дило слишком много исхудалых и угрюмых святых, которые не смеются, не едят и которые сделали религию невыносимой для обычных смертных. Именно таким образом жизни они спо­собствовали появлению гуманизма, который провозгласил ценность любви, братства и хорошего вина. И, как следствие, уважение к закону Божьему ослабло, а святость стала менее

требовательной. Человеческое взяло верх над божественным: «Бог мертв», библейских ценностей больше не существует. Но Даниил — это прекрасный человек во плоти, и вместе с тем он святой, не идущий ни на какой компромисс и верный своим убеждениям до самого конца.

^ 4. Освобождение (1:17-21)

Наконец Бог вмешивается. До этого Он как бы отсутство­вал. Последний раз о Боге говорилось во вступлении, когда речь шла о пленении. И в заключении снова говорится о Боге, но теперь уже в положительной перспективе. Если во вступле­нии: Бог «предал» иудейского царя и храмовые сосуды в руки Навуходоносора, то в заключении: Бог «дарует» четырем юно­шам знание, разумение и мудрость. В еврейском тексте здесь использовано одно и то же слово («нтн»). Оно обращает наше внимание на симметрию этих двух событий. Если еврейские юноши стали тем, кем они являются, это было не результатом их сильного воодушевления, но следствием благодати, ниспос­ланной свыше. Несомненно, на основе фактов, приводимых в данном тексте, мы можем сделать вывод, что своим состояни­ем они были обязаны десятидневному испытанию, которому себя подвергли. Они оказались «в десять раз выше всех тайноведцев» государства. Число 10 повторяется, как будто степень превосходства их мудрости имеет какую-то связь с их десятид­невным испытанием. Но надо быть осторожным, чтобы не впасть в ошибку. Такой результат принесла не собственно диета, ко­торой они придерживались. Даниил не смотрел на этот тип пи­тания как на магическое средство или как на идеальный режим, предназначенный обеспечить его превосходство над другими. Даниила побуждало к воздержанию стремление сохранить вер­ность Богу. Это испытание имело ценность не само по себе, но как проявление веры. В действительности Даниил и его това­рищи подвергли себя риску. Они рисковали из-за веры. И это их спасло. К здоровью и стройности тела добавились мудрость, знание и разумение. И они признали, что все это — дар Божий.

Помимо урока о Божьей благодати, из этой главы мы мо­жем также извлечь урок о человеческой природе. Духовность

неразрывно связана с умственными способностями и физичес­кими качествами. Согласно Книге Даниила, человек во всех своих проявлениях представляет собой органичное целое, что не укладывается в рамки обычных представлений. Человека веры часто считают человеком недалекого ума, а наука с трудом при­нимает простые объяснения, свойственные религии. С другой стороны, считается, что красота и физическое здоровье — это удел людей с неразвитым интеллектом. Очень трудно предста­вить человека с большими, мускулистыми руками, но находя­щимся в глубоком размышлении или самозабвенно молящим­ся. Однако Книга Даниила учит нас совершенно противополож­ному: вера, интеллект и физическая сила прекрасно сочетают­ся. Гармоничное единство этих качеств является идеалом, к которому следует стремиться. Это, конечно, не означает, что каждый из нас должен прикладывать неимоверные усилия, что­бы стать одним из вызывающих восхищение суперменов. Вни­мание ко всем сторонам своей жизни должно приходить к че­ловеку как следствие его веры и смиренного общения с Богом. То, чем мы являемся, — это не результат, которого мы достиг­ли своими силами, но результат Божьей благодати, Божьего дара. Таким образом, мы видим, что Бог приходит к четырем юношам туда, где они находятся, и дает им успех, и наполняет их сердце счастьем в минуту скорби.

Но на этом Он не останавливается. Бог не только облегча­ет их положение в плену, но готовит в будущем величайшее событие, готовит спасение космического масштаба. Указание на это мы находим в конце первой главы. Оно содержится в словах о Кире, царе, который в Библии ассоциируется с воз­вращением иудеев из плена, со спасением Израиля (2 Пар. 36:21-23), с Божьим ответом на молитвы и предсказанием про­роков (Ис. 45:1-13). Счастье еврейских пленников остается непрочным и неполным, пока они находятся вдали от Иеруса­лима, вдали от храма. Какими бы счастливыми они ни чувство­вали себя в плену, их спасение совершится лишь в историчес­кий момент возвращения.

В первой главе говорится о двух опасениях разного рода.1 Первое — это спасение в настоящей жизни. Бог всегда рядом

с нами, даже если мы в плену. Он разделяет вместе с нами все трудности и огорчения. Но напряженность остается. Ощущение Божьего присутствия сочетается со страстным ожиданием Его вмешательства в ход мировых и космических событий. Религи­озный опыт не ограничивается лишь теперешним счастьем. Ког­да Бог входит в нашу жизнь и в наше сердце, Он вместе с тем приносит и надежду, что будет и другое Его пришествие, более явное и более полное. Божественная радость искренне верую­щих, Божественная радость получивших чудесное исцеление бу­дет омрачена и сокрушена страданием мира и бедствием, ко­торое обрушится на всех нас. Поэтому мы говорим о спасении как о событии будущего, как о пророчестве, об обетовании, которое еще не исполнилось. Это — последний урок данной главы, это весть, заключающая в себе обетование спасения, исторического и космического, обетование Царства Божьего.

^ 1. Что означает Вавилон в библейской символике?
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

Скачать, 4408.82kb.
Поиск по сайту:

Добавить текст на свой сайт


База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru