Загрузка...
Категории:

Загрузка...

С. А. Кравченко от монреаля до брисбена: новации, приобретения, упущения

Загрузка...
Поиск по сайту:


Скачать 95.61 Kb.
Дата09.04.2012
Размер95.61 Kb.
ТипДокументы
Подобный материал:


© 2003 г.


С.А. КРАВЧЕНКО


ОТ МОНРЕАЛЯ ДО БРИСБЕНА: НОВАЦИИ, ПРИОБРЕТЕНИЯ, УПУЩЕНИЯ


КРАВЧЕНКО Сергей Александрович – доктор философских наук, профессор, зав. кафедрой социологии МГИМО (У) МИД РФ.


Со времени проведения предыдущего Всемирного социологического форума прошло четыре года. За этот небольшой период, на мой взгляд, и в социологической науке, и в социологическом сообществе произошли и продолжают происходить весьма радикальные изменения, которые рельефно проявились в Брисбене на XV Всемирном социологическом конгрессе. В чем это конкретно выразилось? Отмечу десять наиболее существенных моментов.

Во-первых, развитие социологии пошло по пути увеличения теоретико-методологических подходов к исследованию общества, которые предполагают интеграцию и широкое использование достижений других социальных и естественных наук. В связи с этим практически оставлены попытки создания универсальной, всеобъемлющей социологической теории (в духе теорий П. Сорокина или Т. Парсонса), которая бы давала ответы на все или хотя бы большинство глобальных вызовов современности. Изменения в современных социальных реалиях, связанные с факторами их спонтанной активности, увеличения неопределенности, случайности, многовариантности и альтернативности, поставили под вопрос появление такой теории и потребовали новых философских подходов как к социальным наукам вообще, так и к социологии в особенности. Это прямо сказалось на развитии принципов обоснования и построения социологической теории. Показательны в этом плане прошедшие сессии: “Может ли быть постмодернистский универсализм?” (председатель - Дж. Александер, Иельский университет, США); “Теории для чего? чего? для кого?” (председатель - П. Штомпка, ныне Президент Всемирной социологической ассоциации); “Новые философии социальной науки” (председатель - П. Байерт, Кембриджский университет, Великобритания); “Аналогии с другими науками” (председатель - тот же). На этой сессии с докладом “Контекстуальные критерии и институциональные условия в теории развития” выступил российский профессор В.П. Култыгин.

Во-вторых, в социологическом сообществе появились новации, связанные с усложнением структуры знания и исследований, что прямо сказалось на характере общения социологов на конгрессе. Так, по моим подсчетам, в сравнении с предыдущим форумом более чем на десять процентов увеличилось число заявленных в программе выступлений, превысивших 2600 (реальное количество докладов и сообщений, с учетом непопавших в программу, полагаю, было существенно меньше из-за организационных, финансовых, визовых трудностей прибытия в Австралию). Увеличилось число сессий до 781. Но главное - происходят качественные изменения в предмете исследований, который существенно расширяется. Появились три новых исследовательских комитета – “Социокибернетика”, “Социология профессиональных групп”, “Социология детства”. Возникли интересные тематические группы, сессии. Среди них: “Тело в социальных науках” (на ней обсуждались такие проблемы как транскультурная социология, теловой порядок, изменение идентификаций и самопредставлений, тело в контексте традиций и глобальных технологий, демонизированные тела и др.); “Социология локально-глобальных отношений” (среди обсуждавшихся тем: путешествия культур, интернет как транслокальная архитектура для диалога); “Социальные индикаторы” (здесь рассматривались оценки “риска” и социальные индикаторы благополучия, новые подходы к индексу человеческого развития и др.); “Социология Холокоста” (Дж. Александер сделал сообщение: “Прожорливость зла: Холокост от военного преступления до травматической драмы”); “Социальный надзор в информационных обществах”; “Переосмысление цивилизационного анализа” (Э. Тирикьян выступил с докладом: “Имеет ли "цивилизация" смысл после 11 сентября?”).

В-третьих, ряд актуальных проблем был вынесен на тематические симпозиумы и объединительные сессии, включавшие представителей двух и более комитетов. Одним из таких тематических симпозиумов “Амбивалентность социального изменения” руководил профессор Н.Е. Покровский. От России на нем выступили: А.Ф. Филиппов – “Аномия как гетеротопия”; Н.Е. Покровский – “Новые аспекты аномии в глобализированном мире”. Среди обсуждавшихся тем объединительных сессий проблемы новых вызовов начавшегося тысячелетия, включая глобализацию, миграцию, урбанизацию; вызовы демократии и проблемы эффективности; кто “Мы” в контексте “Как мы это знаем”; проблемы гендера, работы и семьи в условиях преимущественной мужской занятости; этнический бизнес; миграция и расизм; миграция и семья; брак, семья и проблемы рационального выбора; увеличивающиеся ожидания и амбивалентные протесты; влияние глобализации экономики на физическое и

умственное здоровье; теоретическое осмысление общества вне нации-государства; исследование природо-общественных отношений и др.

В-четвертых, имеет место американизация социологии. В организационном плане это проявилось в проведении гостевой сессии “Интернационализация американской социологии” и круглого стола “Американская социология: гегемония и ее ограниченности”. Если же в целом взглянуть на программу форума, то редко в какой сессии американские социологи не принимают участие. Мое отношение к этому двойственное. С одной стороны, несомненны достижения американских ученых и в теоретической и в эмпирической социологии. Они вошли в сокровищницу мировой социологической мысли и занимают достойное место во всех серьезных учебниках по социологии. Вместе с тем, любая теория имеет пространственные, временные и культурные ограничения. По моему мнению, популярность теории зависит не только и, я бы даже сказал, не столько от ее валидности, сколько от того, насколько она и ее автор (авторы) раскручены: значение имеет количество изданных работ с обоснованием ее положений, цитируемость автора вообще и в положительном контексте в особенности, включенность теории в учебные курсы и т.д.

Несомненно, американская социологическая ассоциация, американские

университеты и образовательные фонды имеют весьма большие финансовые,

издательские и организационные ресурсы, чтобы поддерживать и популяризировать исследования своих представителей, обеспечивать их участие в международных форумах. Повторяю, эти исследования, как правило, отвечают самым высоким стандартам. Вместе с тем американизация

социологии с неизбежностью оттеняет достижения представителей национальных и региональных социологий. Это относится и к российской социологии, ее представителям. Я уверен, что работы ряда современных российских социологов, наших коллег, с которыми мы повседневно общаемся, по своему теоретико-методологическому потенциалу, интеллектуальной оригинальности подходов к познанию сущности человека и общества, исследованию посткоммунистического пространства, глобальных вызовов современности вполне конкурентоспособны с лучшими международными образцами. К сожалению, в организационном плане мы слишком мало делаем, чтобы включить достижения российской социологии в контекст мировой социологической мысли и хотя бы начать конкурировать с американскими коллегами. Показательна в этом плане сессия, посвященная встрече известных мировых издателей социологической литературы, включая американских, с участниками Конгресса. Она позволяла узнать, какие работы сегодня более востребованы издательствами, а также предоставляла уникальный шанс - непосредственно передать и обсудить заявки на публикации авторских работ, неформально обговорить возможное

сотрудничество. От России на этой встрече присутствовали всего два представителя. Что это, неверие в свои силы или принятие существующего положения вещей?

В-пятых, произошла институализация феминистского направления в социологии. В рамках исследовательского комитета “Женщины в обществе” прошло заседание более двадцати сессий, среди которых “Женщины и социальное изменение”, “Феминистское изучение мужчин и маскулинности”, “Новые возможности феминистской активности”, “Феминистские социологические парадигмы” и др. Весьма примечательно, что исследовательский комитет “Социологическая теория” провел специальную сессию “Феминистская теория вызовов социологической теории”. Женская проблематика была широко представлена в докладах таких российских социологов, как Т. Гурко, И. Дядюнова, А. Карпушова, Л. Корел, Н. Кузнецова, Е. Мешкова, Т. Сидорова, Г. Силласте, И. Тюрина, Л. Шилова и др. В силу отмеченных выше причин, далеко не все они были озвучены.

В-шестых, приятной неожиданностью стало проведение встреч авторов ставших классическими работ с читателями. У делегатов Конгресса была возможность, в частности, встретиться с П. Штомпкой, М. Арчер, Н. Смелзером, Ш. Айзенштадтом, А. Туреном и другими.

В-седьмых, новацией Конгресса стало проведение сессий языковых сообществ. Благодаря усилиям профессора Н. Покровского состоялся “Русскоязычный форум”. Его несомненным достижением стала возможность привлечения на Конгресс значительного числа участников из России, что позволило достаточно полно представить проблемы трансформирующегося российского общества. Вот некоторые из выступлений: З. Голенкова –“Социальная стратификация современного российского общества: поиски подходов к изучению”; М. Горшков - “О динамике и устойчивости ценностных ориентаций в современной России”; А. Здравомыслов –“Противоположные образы как источник самоидентификаций”; С. Кравченко – “Играизация общества” (к обоснованию новой социологической парадигмы); Г. Осадчая – “Реформы в России в международном контексте: источники, риски, тенденции”; Н. Покровский – “Роль поколений в процессе глобализации современной России”; Ж. Тощенко – “Парадоксальность как характеристика транзитивного периода в России”; А. Филиппов – “Социологические проблемы реформы образования”; А. Эфендиев – “Преобразования российского общества: вызовы социологической науке” и др.

К сожалению, практически эти выступления российских социологов были адресованы самим себе. Диалога и дискуссий с зарубежными коллегами не получилось. Ситуация могла бы быть иной, если ставилась задача не простого участия, а включения российской социологии в контекст мировой социологической мысли. Полагаю, для этой цели лучше бы подошел

“Российский форум”, проводимый на английском языке, и, конечно, организованный на основе принципов академического соперничества: содокладов зарубежных коллег, дискуссий и дебатов вокруг проблем и социологических подходов к ним.

В-восьмых, в Брисбене по сравнению с Монреалем сократилось число сессий национальных и региональных социологических ассоциаций с 16 до 13 (включенных в программу, хотя не все из них реально состоялись). Однако прошла сессия Российского общества социологов (координатор: В. Мансуров). На ней выступили: Д. Константиновский, С. Кравченко, С. Курдина, Г. Осадчая, В. Мансуров, Ж. Тощенко и др. Проведение ее на английском языке потенциально создавало предпосылки того, что к выступлениям российских социологов может быть обращено внимание ведущих зарубежных ученых. Если этого не произошло, дело в организационных усилиях, а не в утрате интереса к российской проблематике. Общение с зарубежными коллегами свидетельствует, что есть российские проблемы, которые очень их волнуют. Из многочисленных вопросов, которые задавались мне, я бы выделил два, в концентрированной форме отражающие суть интереса к нам: Что же представляет из себя современное российское общество, в каком направлении оно трансформируется? Каково состояние российской социологии, как она реагирует на эту трансформацию, вызовы современности вообще? В принципе, можно было бы подготовить два солидных доклада на эти темы, подкрепив их рекламой, раздаточными материалами и, конечно, выставкой лучших работ российских социологов. В Монреале мы имели если не стенд, то хотя бы стол, на котором демонстрировались подобного рода работы. Некоторые продавались. Был достаточно широко представлен раздаточный материал. Ныне ситуация изменилась. Не состоялось ни одного заседания Исполкома РОСа, на котором бы были рассмотрены организационные и программные вопросы подготовки к Конгрессу. Надо самокритично признать, что предшествующее поколение советских социологов в организационном плане превосходит нынешнее.

В-девятых, визуально средний возраст участников XV конгресса увеличился. В российской делегации также практически не было молодых людей: ни одного аспиранта. Как мне представляется, средний возраст наших участников составил порядка 55-60 лет. Наука не может плодотворно развиваться без привлечения молодежи к участию в самых авторитетных международных форумах. Очевидно, на будущее следует предусмотреть выделение специальных грантов для молодых российских ученых.

Наконец, в-десятых, нельзя не отметить, что нынешнее руководство Всемирной социологической ассоциации последовательно держит курс на расширение географии проведения конгрессов. Принято решение о том, что следующий форум состоится в Южно-Африканской республике. Знакомство социологов с различными культурами будет способствовать повышению их профессионального уровня.

12926

Скачать, 11.61kb.
Поиск по сайту:

Добавить текст на свой сайт
Загрузка...


База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru