Загрузка...
Категории:

Загрузка...

Социально-демографические процессы в Северном Казахстане в конце XIX первой четверти ХХ века 07. 00. 02 Отечественная история (История Республики Казахстан)

Загрузка...
Поиск по сайту:


страница2/3
Дата07.05.2012
Размер0.5 Mb.
ТипАвтореферат
Основная часть
Население Северного Казахстана в конце XIX – начале ХХ века»
Факторы естественного и механического движения населения, состояние здравоохранения»
Межэтнические процессы в регионе и уровень образования населения»
Список использованных источников
Самаркин Сергей Владимирович
Подобный материал:
1   2   3
^ ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

Во введении обосновывается актуальность темы, обозначены объект и предмет, цель и задачи исследования, степень изученности проблемы, проанализирована источниковая база, определены теоретико-методологические основы, хронологические и территориальные рамки, научная новизна работы, и положения, выносимые на защиту.

Первый раздел «^ Население Северного Казахстана в конце XIX – начале ХХ века» состоит из трех подразделов.

В первом подразделе «Особенности политического и социально-экономического развития региона» освещается формирование Северо-казахстанского региона как единого пространства политического и социально-экономического взаимодействия местного и переселенческого населения.

Система местного самоуправления в пределах уездов Северного Казахстана, после принятия «Степного положения» 1891 года все более напоминала административное устройство центральных районов России. Национальные окраины входили в единую политическую и территориальную систему государства. В связи с этим менялся хозяйственный уклад и условия проживания казахского населения.

Создание новых административных единиц, связанное с появлением крестьянских участков и волостей, изменяло правовое поле в вопросе использования земель – постепенно контроль над ними переходил к переселявшимся в край крестьянам при непосредственном вмешательстве центральных административных органов всех уровней.

Крестьянская колонизация сформировала новый хозяйственный уклад населения Северо-казахстанского региона. Его экономическую основу теперь стало составлять земледельческое хозяйство. И если в конце XIX века в регионе сохранялись традиционные формы кочевого скотоводства, то с усилением процессов официального и самовольного переселения, начался повсеместный переход местного населения к системе хлебопашества. Сельское хозяйство, распашка целинных земель становятся основным занятием не только пришлого, но и коренного населения. К началу ХХ века Переселенческое управление выделило уже достаточное число участков для крестьянского переселения в пределах Степного края. Несмотря на протесты со стороны отдельных администраторов и местного населения процесс приобрёл необратимый характер. Крестьянские участки создавались на перспективу, для обеспечения земельных потребностей переселенческого населения.

Промышленная сфера в Северо-казахстанском регионе была представлена перерабатывающей промышленностью, которая активно развивалась как в городской, так и в сельской местности. Предприятия не представляли собой крупных заведений, и их численность находилась в прямой зависимости от урожая.

В административном плане над казахскими волостями осуществляется контроль, как со стороны местных администраторов, так и новых переселенческих властей, ставивших целью перераспределение земельных ресурсов и перевод кочевников на оседлость. Этот аспект использовался как важный инструмент миграционной политики.

Во втором подразделе «Динамика естественного и механического движения населения» анализируется изменение демографической ситуации в Северо-казахстанском регионе в конце XIX – начале ХХ века.

Согласно данным Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года численность населения Северного Казахстана составила 851.365 чел. Расселение населения в пределах уездов было неравномерным: в Павлодарском уезде проживало 157.487 чел., или 18,5%, в Кокчетавском уезде – 155.461 чел. (18,3%), в Петропавловском уезде – 155.137 чел. (18,2%), в Кустанайском уезде – 152.556 чел. (17,9%), в Тургайском уезде – 86.948 чел. (10,2%). Численность населения частей территории Акмолинского и Атбасарского уездов, относящихся к Северо-казахстанскому региону, составила 70.322 чел. (8,3%) и 73.454 чел. (8,6%) соответственно. Основная часть населения проживала в сельской местности – 791.080 (93%).

Динамика численности населения городов Северного Казахстана на рубеже XIX – ХХ столетий была нестабильной и зависела от интенсивности переселенческого процесса. Города региона - Петропавловск, Кустанай, Павлодар, Акмолинск, Кокчетав, Атбасар, Тургай - использовались как транзитные центры, двигающихся в Степной край крестьян, и были немногочисленными по числу жителей. Отдаленность от транспортных развязок не способствовала росту их экономического потенциала. Исключением был г. Петропавловск, расположенный вдоль Транссибирской магистрали, что определяло его статус, как промышленного центра и где резко увеличивалось население, достигнув в 1915 году 65.230 чел. Процент городского населения в общем числе жителей региона был невысок.

Под воздействием миграционных процессов увеличивалась общая численность населения Северо-казахстанского региона, а также показатели рождаемости, смертности и естественного прироста. Даже по усредненным расчетам численность населения Северного Казахстана составила в 1911 году 1,5 мил. человек, увеличившись по сравнению с 1897 годом практически в два раза. Стабильный естественный прирост населения отмечался в период с 1907 по 1913 год в Акмолинской области – в пределах 17-18 промилле. Показатели естественного прироста населения в Кустанайском уезде имеют серьезные расхождения - от 7,8 промилле в 1909 году, до 37,37 промилле в 1912 году. Тургайский уезд не был задействован в активном переселенческом процессе, а его население увеличивалось в основном за счет естественного прироста, коэффициент которого имел тенденции к снижению – 20,57 промилле в 1912 году и 6,32 промилле в 1913 году.

Стихийность и массовость переселенческого движения сразу породила целый ряд социально-демографических проблем. Начинается снижение удельного веса казахов в общей численности населения региона. За период с 1882 по 1915 гг. он снизился во всех уездах Акмолинской области: в Петропавловском - с 59% до 33%, в Кокчетавском - с 69 % до 27%, в Акмолинском – с 96% до 66%, в Атбасарском - с 97% до 64%. Лишь в Тургайском уезде Тургайской области удельный вес казахского населения составил 99% в 1891 году и 98% в 1914 году. В Кустанайском уезде Тургайской области доля казахского населения сократилась вдвое – с 82% казахов от общего числа населения в 1891 году до 41% в 1914 году. В Павлодарском уезде Семипалатинской области процент казахского населения снизился с 77,9% в 1897 году до 60,6% в 1910 году.

Показатели смертности, особенно детской, были высоки как среди казахов, так и среди пришлого населения. Кочевое население в большой степени страдало от эпидемии оспы – до трети всех больных умирало. Кроме холеры значительная доля населения Северо-казахстанского региона страдала от тифа, оспы, цинги, дифтерита, чумы. В связи с этим, большой упор делался на проведение вакцинации, как местного, так и переселенческого населения в периоды наибольшей эпидемиологической опасности. Местное население с недоверием относилось к официальной медицине и обращалось к помощи местных знахарей, прибегавших к самым разнообразным способам лечения, часто приводившим к летальному исходу. С началом столыпинской аграрной реформы система здравоохранения, разделилась на участковую, содержащуюся на земские средства казахского населения и переселенческую, финансируемую из переселенческого управления. Несмотря на рост числа врачебных учреждений, врачей и врачебного персонала катастрофически не хватало.

В третьем подразделе «Процессы этнокультурного и межнационального взаимодействия в регионе» рассматриваются вопросы хозяйственного и культурного взаимодействия основных национальных групп в Северо-казахстанском регионе в результате переселенческой политики государства.

В процессе переселения в Казахстан крестьянского населения шло упорное формирование разнородной по своей хозяйственной, этнической и культурной общности, что создавало целый ряд проблем объективного и субъективного характера. Значительная часть первых переселенцев селилась на территории казахских аулов, арендуя у местных жителей земельные участки. Столкновения, носившие в первое время массовый характер, улеглись с решением вопросов административной устроенности региона. Напряженность сохранилась, главным образом на бытовом уровне, не выходя на уровень открытых конфликтов. Крестьяне-переселенцы арендовали у казахского населения земли, нанимали работников-казахов в свои хозяйства, а иногда и сами в качестве наемных работников трудились в казахских хозяйствах. О сложностях такого взаимодействия говорят многие факты. Так, если первоначально долговременные арендные соглашения переселенцев с казахским населением о пользовании землей заключались сроком до 5-ти лет, то в дальнейшем казахи отказывались от долгосрочных соглашений, заключая чаще однолетние договоры. Причиной этого было недоверие и слухи о возможном захвате земельных участков.

Изменяется национальная структура населения Северо-казахстанского региона. Так в Акмолинской области в 1915 году казахское население в пределах уездов составляло лишь 44,6%. Увеличивалась доля этносов, представлявших основную часть переселенческого движения – украинцы (28,2%) и русские (19,8%). Широко представлены и другие диаспоры – мордва, немцы, татары, поляки.

При анализе проблем межнационального взаимодействия конца XIX – начала ХХ века важное место занимают вопросы образования. Удельный вес грамотных в составе населения уездов Северного Казахстана по данным Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года находился в пределах 4-12%, в городах – 22-30%. Наибольшее число грамотных приходилось на возраст от 10 до 39 лет, в среднем в 1,5 раза выше, чем у других возрастных категорий. Наряду с традиционными учебными заведениями религиозного типа – мектебе, медресе, церковно-приходскими школами, создавалась сеть гражданских учебных заведений. К ним относились городские училища, прогимназии, русско-казахские училища и школы, аульные школы и школы первоначальной грамотности. Двух-четырех классные училища готовили учительские кадры, для начальной школы. Для обеспечения хозяйственных нужд региона организовывались сельскохозяйственные и ремесленные училища. Медленно расширялась сеть средних учебных заведений – реальных училищ, а также мужских и женских гимназий. Наличие училищ-интернатов для казахского населения было недостаточным, из учебного процесса полностью было исключено женское население. Система образования с началом столыпинской аграрной реформы рассматривалось официальной властью как один из источников давления на традиционный уклад жизни местного населения.

Второй раздел «Социально-демографическое развитие Северного Казахстана в 1917-1926 гг.» состоит из трех подразделов.

В первом подразделе «Политические и социально-экономические изменения в регионе в период революционных событий и первые годы Советской власти» исследуется взаимовлияние политических, социально-экономических преобразований в регионе.

Последние попытки реформ местного самоуправления были предприняты Временным правительством в период с марта по сентябрь 1917 года. Главным отличием новых органов власти от дореволюционных был их бессословный характер, так как первые постановления Временного правительства провозглашали равенство всех граждан перед законом. Теперь городские думы вынуждены были заниматься не только вопросами хозяйственного, но и общественно-политического, а также национально-религиозного характера. В пределах всего Степного края вводились земские учреждения (волостные, уездные, губернские), которые должны были привести к созданию единой системы народного представительства на всех уровнях.

Одновременно с решением административно-политических вопросов, началось военное противостояние в регионе, приведшее к установлению советской власти. В течение гражданской войны и первых послевоенных лет встал вопрос о создании новой административной системы в пределах Западной Сибири и Северного Казахстана. Обсуждение границ национальной автономии привело в январе 1920 года к созданию согласительной комиссии для урегулирования административно-территориального межевания. Вопросы политического переустройства прямым образом сказывались на особенностях экономического развития Северного Казахстана. Хозяйственные вопросы решались путем проведения безудержной продразверстки, для чего создавались новые административные единицы – районы, еще более упрочившие вертикаль местной власти: губерния – уезд – район – волость – населенный пункт.

Голодные 1921-1922 гг. привели к серьезным изменениям в экономической сфере всего Северо-казахстанского региона. Изменялась половозрастная структура общества. Женское население, по сравнению с предшествующим периодом, более активно входило в экономическую сферу. Одной из проблем стала безработица. В связи с неурожайными и голодными годами часть крестьянских хозяйств разорялась, и крестьяне в поисках заработков устремлялись в город. Массовый перевод на оседлость казахского населения, окончательно разрушал прежнюю систему традиционного хозяйства кочевников. Мероприятия по вовлечению различных категорий населения в трудовую деятельность, всё больше стало регулироваться жестким административным диктатом со стороны государства.

Второй подраздел «^ Факторы естественного и механического движения населения, состояние здравоохранения» рассматривает основные вопросы воспроизводства населения и роль системы здравоохранения.

Характеризуемый период 1917-1926 гг. оказался сложным в анализе состава народонаселения, по причине отсутствия строгого статистического учета. На эти данные оказали влияние проблема беженцев, потери гражданской войны, массовые эпидемии и голод начала 1920-х годов.

Механические процессы в 1920-е годы продолжают играть важную роль. Часть казахского населения иммигрировала в другие регионы Казахстана и за границу, что уменьшало его количество в Северо-казахстанском регионе. Переселенческий процесс, несмотря на снижение проблемы аграрного перенаселения в европейской части Советского государства, продолжился. Несмотря на усиленные меры советской власти в результате голода 1921-1922 гг. Казахскую автономию покинуло по разным сведениям до 700 тысяч человек. Через Северный Казахстан в 1922 году транзитом проходят массы голодающего населения. Прямые и обратные потоки переселения в 1921-1923 гг. не ослабевали, запретительные постановления власти лишь усиливали общую тенденцию, в том числе и самовольный переезд.

Процесс этот весьма напоминал дореволюционный, когда наряду со значительным количеством оседавших, оказывался большой процент уезжавших обратно, что объяснялось недостаточностью подготовки колонизационного фонда и отсутствием необходимых условий для приживаемости переселенцев. Значительное переселение в Сибирь и Казахстан, как и раньше, объяснялось массовым переводом местного населения на оседлость. Однако встречались мнения о том, что переселенческий процесс, главным образом самовольный, из-за примитивности хозяйственных приемов прибывших, лишь отталкивал местное население от оседания.

В динамике роста населения всех городов Северного Казахстана отмечен период демографического кризиса 1917-1922 гг. Особенно это заметно в отношении наиболее населенных городов – Петропавловска, Кустаная и Акмолинска. У городов с меньшим числом жителей – Атбасара и Кокчетава – отмечается постепенный и устойчивый рост населения в начале 1920-х годов. И лишь в Павлодаре число жителей в 1926 году, снижается по сравнению с показателями 1923 года. Население Северного Казахстана составило по данным Всесоюзной переписи населения 1926 года 1.854.272 чел., регион стал вторым по количеству жителей (после Южного Казахстана) в целом по стране. Городское население составляло лишь 6,7% общей численности населения региона (124.139 чел.). Основная масса жителей продолжала проживать в сельской местности. По сравнению с данными Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года в 1926 году число жителей региона в абсолютных цифрах увеличилось на 1.002.907 чел., т.е. на 118%.

Дать объективную картину состояния медицины в начале 1920-х годов также не представляется возможным, так как чрезвычайно высокий уровень смертности показывает ее полную несостоятельность. Кроме типичных эпидемий – оспы, холеры, весьма распространенной болезнью 1920-е годы среди казахов был туберкулез.

В третьем подразделе «^ Межэтнические процессы в регионе и уровень образования населения» отражаются вопросы межнационального взаимодействия в постреволюционный период.

В сложные переходные периоды, при смене политических режимов меняло свою социальную и практическую направленность образование. Казахская интеллигенция в лице алашского движения видела главную образовательную функцию в усилении национальной политики. Данные проекты так и остались не реализованными, а диалог в дальнейшем велся с помощью компромиссов с новой политической властью. Уровень грамотности всего населения Северного Казахстана по сравнению с дореволюционным периодом значительно вырос, но не стал всеобъемлющим, поскольку среди грамотных в основном было распространено первоначальное образование. По данным Всесоюзной переписи населения 1926 года доля грамотного населения в городах была более высокой, чем в сельской местности – 42-44%, среди казахов она составляла в городах 25-30%. Удельный вес грамотных в составе сельского населения в округах и уездах Северного Казахстана находился в пределах 22-27%. Особняком выглядят данные по Тургайскому уезду, почти целиком населенному казахами. Здесь общий процент грамотных составил всего 8,9%, а процент грамотных женщин лишь 1,5%.

Предшествующие исторические события в развитии региона сказались на этническом составе его населения. Уже в начале 1920-х годов большинстве частей Северного Казахстана преобладает пришлое население. По данным переписи 1920 года казахское население в городах Кустанайской губернии составляло всего лишь 0,2 процента (55 человек), по данным 1923 года – 1,7 % (356 человек). В Акмолинской губернии в городах в 1920 году казахское население составило 7,3 % (3994 человека), а в 1923 году – 9,9% - (6836 человек). В большинстве регионов Северного Казахстана эта цифра приближалась к 80-90%, тогда как в среднем по КССР – 69%. Исполнительные органы в подавляющем большинстве были представлены русскоязычной массой, и вопрос об участии коренного населения в управлении Северо-казахстанским регионом и использовании в делопроизводстве казахского языка находился на уровне, чаще всего, вынужденного обсуждения.

Структура населения Северного Казахстана становится многонациональной. Удельный вес казахского населения в Северо-казахстанском регионе по данным Всесоюзной переписи населения 1926 года составил 38,8 %. Украинцы и русские теперь становятся доминирующими этносами - 57% . Из других национальностей отметим немцев и татар – 1,8% и 1,3% соответственно. Остальные диаспоры были представлены незначительно - 1,2 % от числа всего населения региона. Новый подход к национальному вопросу также предполагал интернационализацию сознания с зачастую формальным решением проблем коренного населения. Несмотря на то, что количество этносов, проживающих в Северном Казахстане и прилегающих к нему регионах, исчислялось десятками, национальный вопрос представлялся как взаимодействие русского и казахского населения.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

При изучении социально-демографических процессов в Северо-казахстанском регионе в конце XIX – первой четверти ХХ века на первый план выходит анализ особенностей политического, социально-экономического развития. Внутренняя колонизация страны была подготовлена серией административных реформ, окончательно закрепивших национальные окраины в пределах единого государственного пространства. Под переселение выделялись значительные земельные территории, что приводило к ограничению перемещений казахского населения и изменению его традиционного хозяйственного уклада. Казахское население локализовалось в пределах аульных поселений. Переселенцы создавали новые населенные пункты, расселяясь внутри казахских волостей. Крупные населенные пункты получали законодательный статус городов и становились важнейшими центрами миграционного движения. Уезды и территории Северного Казахстана с самого начала рассматривались как аграрно-сырьевой хозяйственный регион, в связи с чем, особому учёту подвергались площади земель, пригодные для земледельческого освоения. Потребности и мнения местного населения при этом учитывались на формально-юридическом уровне. Мигрирующее население начинает определять главные оценочные экономико-демографические показатели. Земледельческая культура и агрономическая пропаганда стали основой экономической политики значительной части Северо-казахстанского региона.

На рубеже XIX – XX вв. режим воспроизводства населения Северо-казахстанского региона характеризовался высоким уровнем рождаемости как среди казахского, так и переселенческого населения. Уровень смертности у переселенцев в первое десятилетие ХХ века был выше, чем у коренных жителей, что объяснялось трудностями обустройства на новых местах, антисанитарными условиями проживания, слабым уровнем здравоохранения. Исключение составляет младенческая смертность, которая была высока как для казахского, так и для переселенческого населения. Средняя продолжительность жизни тех и других также была не высока и не превышала 30-ти летнего возраста.

Механическое движение населения в регион являлось главным источником роста численности населения. Переселенческий процесс носил как официальный, так и самовольный характер. Как переселенческое, так и казахское население, отличалось мобильностью, мигрируя в пределах, как Северного Казахстана, так и всего Степного края, что оказывало существенное влияние на количественные и качественные изменения состава населения.

Миграционные потоки в регион изменили его национальную структуру. Уже в начале ХХ века здесь преобладает переселенческое население. Эти процессы породили проблему межнационального общения. К началу ХХ века выделятся две этнические общности – казахи как коренные жители и в основной массе русские и украинские крестьяне-переселенцы. Межэтническое взаимодействие между этими категориями шло как на социально-политическом, хозяйственном, так и культурно-бытовом уровне.

В начале 1920-х гг. политика новой власти, продразверстка и административное давление, спровоцировало сельскохозяйственный кризис, приведший к массовому голоду значительной части населения Северного Казахстана. Характерным явлением в этот период стало снижение уровня рождаемости казахского населения, объяснявшегося последствиями хозяйственной трансформации коренного населения, голодом и нехваткой женского населения. Рост населения, во многом объясняется новой переселенческой волной, вполне сопоставимой по масштабам с миграционными процессами начала ХХ века. Увеличивается число национальностей в регионе. Несмотря на потери населения в годы национально-освободительного движения 1916 года, Первой мировой и гражданской войны, голода начала 1920-х годов, население Северного Казахстана по сравнению с Первой всеобщей переписью населения Российской империи 1897 года согласно данным Всесоюзной переписи 1926 года увеличилось более чем в два раза.

^ Список использованных источников

1 Новое десятилетие – новый экономический подъем – новые возможности Казахстана. Послание Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева народу Казахстана // Индустриальная Караганда. – 2010. - №11.

2 Выступление Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева на XVI сессии Ассамблеи народа Казахстана // Страна и мир. – 2010. - №42.

3 Качоровский К. Переселенцы в азиатской России. // Записки Западно-Сибирского отдела императорского Русского географического общества. Книжка XVI. Выпуск I. – Омск, 1893; Михайлов В. Киргизские степи Акмолинской области (по обследованиям ветеринарных врачей). Кушмурунская волость. // Записки Западно-Сибирского отдела императорского Русского географического общества. Книжка XVI. Выпуск I. – Омск, 1893; Остафьев В. Колонизация степных областей в связи с вопросом о кочевом хозяйстве. // Записки Зап.-Сибирского ОИРГО. Кн. 18. Вып. 2. – Омск, 1895. – 66 с.; Добросмыслов А. И. Тургайская область. Исторический очерк. // Известия Оренбургского Отдела ИРГО. Вып. 17. - Тверь, 1902.

4 Статистический очерк промышленности и торговли в Акмолинской области за 1880-1894 гг. / Сост. Секретарь Омской Контрольной Палаты Н. Коншин. – Омск, 1896. – 45 с.; Кауфман А.А. Переселенцы-арендаторы Тургайской области. - СПб., 1897. – 787 с.; Акмолинская область. Составил А. Митаревский. Третье (сокращенное) издание. – Полтава, 1912. – 256 с.

5 Россия: Полное географическое описание нашего Отечества. / Под ред.: В.П. Семенова – Тянь-Шанскаго. Т.18.: Киргизский край.- СПб., 1903. – 477 с.

6 Азиатская Россия. Т.1. Люди и порядки за Уралом. – СПб., 1914. – 578 с.

7 Россия. Энциклопедический словарь. / Издатели: Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. – СПб., 1898. – 918 c.

8 Донич А.Н. Народонаселение Казахстана. // Народное хозяйство Казахстана. № 11-12. – Кзыл-Орда, 1928. – С. 27-56.

9 Алексеенко Н.В. Население дореволюционного Казахстана (численность, размещение, состав, 1870-1914 гг.). – Алма-Ата, 1981. – 112 с.

10 Бекмаханова Н.Е. Многонациональное население Казахстана и Киргизии в эпоху капитализма (60-е годы XIX в. - 1917 г.). – М., 1986. – 242 с.

11 Базанова Ф.Н. Формирование и развитие структуры населения КазССР (национальный аспект). – Алма-Ата, 1987. – 152 с.

12 Татимов М.Б. Развитие народонаселения и демографическая политика (социально-философские аспекты системного изучения и комплексной разработки). – Алма-Ата, 1978. – 143 с.; Татимов М.Б. Социальная обусловленность демографических процессов. – М., 1989. – 125 с.

13 Сулейменов Б. Аграрный вопрос в Казахстане в последней трети XIX – начале ХХ века. – Алма-Ата, 1963. – 234 с.; Дахшлейгер Г.Ф. Социально-экономические преобразования в ауле и деревне Казахстана. – Алма-Ата, 1965. – 536 с.; Дахшлейгер Г.Ф., Нурпеисов К.Н. История крестьянства Советского Казахстана. – Алма-Ата 1985. Т. 1. – 247 с.; Нусупбеков А.Н. Формирование и развитие советского рабочего класса в Казахстане (1917-1940 гг.). – Алма-Ата, 1966. – 243 с.

14 Асылбеков М.Х., Галиев А.Б. Социально-демографические процессы в Казахстане (1917-1980 гг.). – Алма-Ата, 1992. – 192 с.

15 Алексеенко Н.В., Алексеенко А.Н. Население Казахстана за 100 лет (1897-1997). – Усть-Каменогорск, 1999. – 159 с.; Алексеенко Н.В. Статистические источники по демографии Казахстана. – Усть-Каменогорск, 1999. – 115 с.

16 Сдыков М.Н. Население Западного Казахстана (1897-1989 гг.). – Алматы, 1995. – 220 с.; Козина В.В. Население Центрального Казахстана (конец XIX в. – 30-е годы ХХ в.). Книга первая. – Алматы, 2000. – 144 с.; Козина В.В. Население Центрального Казахстана (Методология. Историография. Источники.). – Алматы, 2001. – 88 с.

17 Ражепаева Ф.З. Страницы прошлого и настоящего татарской диаспоры Казахстана // История формирования материальной и духовной культуры татар Казахстана и Сибири: Материалы международной научно-практической конференции. – Усть-каменогорск, 2006. – С. 65-71; Ражепаева Ф.З. Татарский народ Казахстана: история и демография // Высшая школа Казахстана. – 2006. - №2. – С. 232-238.

18 Абилов К. Ж. История становления и развития предпринимательства в Казахстане (вторая половина XIX – начало ХХ вв.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук. – Караганда, 2006. – 45 с.; Абилов К. Ж. История становления и развития предпринимательства в Казахстане (вторая половина XIX – начало ХХ вв.). – Караганда, 2005. – 356 с.; Демографические факторы становления капиталистического уклада в экономике дореволюционного Казахстана // Вестник КазНУ им. Аль-Фараби. Серия историческая. – 2005. - №1. – С. 3-6.

19 Северо-Казахстанская область: страницы летописи родного края. - Алматы, 1993. – 392 с.; Костанайская область. Энциклопедия. – Алматы, 2006 – 736 с.; Северо-Казахстанская область. Энциклопедия. – Алматы, 2004. – 672 с.; Павлодарское Прииртышье. Энциклопедия. – Павлодар, 2003. – 652 с.; Костанайская область: прошлое и настоящее. В 2 ч. / Под ред. И.К. Тернового. Ч. 1. – Костанай, 2003. –409 с.; Костанайская область: прошлое и настоящее. В 2 ч. / Под ред. И.К. Тернового. Ч. 2. – Костанай, 2007. – 508 с.; Абуев К.К. Кокшетау. Исторические очерки. – Кокшетау, 2005. – 232 с.; Кабульдинов З.Е. История Астаны. – Астана, 2007. – 200 с.

20 Аманжолова Д.А. Казахский автономизм и Россия. История движения Алаш. – М., 1994. – 216 с.; Аманжолова Д. Казахская автономия: от замысла националов к самоопределению по-советски. // «Kazakh Autonomy: From the Nationalist's Plan to the Soviet Self-Determination» by Dina Amanzholova Source: Acta Slavica Iaponica (Acta Slavica Iaponica), issue: 21 / 2004, pages: 115-143. Режим доступа: www.ceeol.com.; Малышева М.П. Национально-территориальное размежевание Сибири и Казахстан (1919-1922 гг.). – Семипалатинск, 1999. – 186 с.

21 Гончаров Ю.М., Чутчев В.С. Мещанское сословие Западной Сибири второй половины XIX – начала ХХ в. – Барнаул, 2004. – 206 с.

22 Толочко А.П. Омск в истории русско-казахских экономических, культурных и общественных связей (конец XIX – начало ХХ в.). - Омск, 2010. – 176 с.

23 Положение об управлении областей Акмолинской, Семипалатинской, Семиреченской, Уральской и Тургайской. – Омск, 1893. – 209 с.; Инструкция по внутринадельному землеустройству в Тургайской области.- Оренбург, 1913.- 145с; Резолюции и постановления II Съезда Советов КССР. 4-10 октября 1921 г. – Оренбург, 1921. – 26 с.

24 Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Издание центрального стат.комитета МВД под ред. Н.А. Тройницкого. Т. LXXXVII. Тургайская область. - СПб., 1904. – 150 с.; Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Издание центрального стат.комитета МВД под ред. Н.А. Тройницкого. Т. LXXXI. Акмолинская область. - СПб., 1904. – 135 с.; Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Издание центрального стат.комитета МВД под ред. Н.А. Тройницкого. Т. LXXXIV. Семипалатинская область. - СПб., 1905. – 148 с.; 24 Всесоюзная перепись населения 1926 года: Народность. Родной язык. Возраст. Грамотность. Том VIII: Казахская АССР. Киргизская АССР. – М., 1928. – 256 с.

25 Материалы по киргизскому землепользованию, собранные и разработанные экспедицией по исследованию степных областей. / Департамент гос. зем. имуществ. Т. 5: Тургайская область, Кустанайский уезд. - Воронеж, 1903. – 786 с.; Материалы по киргизскому землепользованию, собранные и разработанные экспедицией по исследованию степных областей. / Департамент гос. зем. имуществ. Т. 4: Семипалатинская область, Павлодарский уезд. – Воронеж, 1903. – 305 с.; Материалы по киргизскому землепользованию, собранные и разработанные экспедицией по исследованию степных областей. / Департамент гос. зем. имуществ. Т. 3, ч. 2: Акмолинская область, Акмолинский уезд. – Чернигов, 1909. – 189 с.

26 Дедлов В.Л. Переселенцы и новые места. – СПб., 1894; Коншин Н. От Павлодара до Каркаралинска. Путевые наброски. // Толочко А.П. Омск в истории русско-казахских экономических, культурных и общественных связей (конец XIX – начало ХХ в.): монография. Омск, 2010. – 176 с. – С. 129-154; Кауфман А.А. По новым местам. – СПб., 1905; Трегубов А.Л. По новым местам. СПб., 1913.

27 ЦГА РК. Ф. И-25.Оп. 1. Д. 4310; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 3821; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 1600; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 1768; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 3797; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 1543; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 3830; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 3476; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 418; ЦГА РК. Ф. И-25. Оп. 1. Д. 3761; ЦГА РК. Ф. 393. Оп.1. Д. 97.

28 ГАКО. Ф. 22. Оп. 1. Д. 1; ГАКО. Ф. 66. Оп. 1. Д. 3; ГАКО. Ф. Р-72. Оп. 1. Д. 63; ГАКО. Ф. 237. Оп. 1. Д. 42; ГАКО. Ф. 237. Оп. 1. Д. 52; ГАКО. Ф. 237. Оп. 1. Д. 74; ГАКО. Ф. Р-237. Оп. 1. Д. 14; ГАКО. Ф. 237. Оп. 1. Д. 17; ГАКО. Ф. 389. Оп. 1. Д. 1; ГАКО. Ф. 389. Оп. 1. Д. 12; ГАКО. Ф. 529. Оп. 1. Д. 10; ГАКО. Ф. 531. Оп. 1. Д. 1; ГАКО. Ф. 620. Оп. 2. Д. 2; ГАКО. Ф. 623. Оп. 1. Д. 38; ГАКО. Ф. Р-1010. Оп. 1. Д. 10; ГАКО. Ф. Р-1010. Оп. 1. Д. 15; ГАКО. Ф. Р-1010. Оп. 1. Д. 6; ГАКО. Ф. Р-1010. Оп. 1. Д. 4; ГАКО. Ф. 1063. Оп. 1. Д. 40.

29 ГАСКО. Ф. 2. Оп. 1. Д. 55; ГАСКО. Ф. 254. Оп. 1. Д. 6; ГАСКО. Ф. 43. Оп. 1. Д. 6; ГАСКО. Ф. 2558. Оп. 3. Д. 176; ГАПО. Ф-81. Оп. 1. Д. 2; ГАПО. Ф.-146. Оп. 1. Д. 1.

30 ОГАЧО. Ф. 138. Оп. 1. Д. 101; ОГАЧО. Ф. Р-363. Оп. 1. Д. 75; ОГАЧО. Р-363. Оп. 1. Д. 3; ГАНО. Ф. 47. Оп. 1. Д. 84; ГАНО. Ф. 47. Оп. 1. Д. 85; РГИА. Ф. 391. Оп. 2. Д. 183; РГИА. Ф. 391. Оп. 2. Д. 1370; РГИА. Ф. 1291.Оп. 84. Д. 34.

Список опубликованных работ по теме диссертации

1 Демографические процессы в Северном Казахстане и Западной Сибири в 1920-х гг.// Научно-практическая конференция, посвященная 60-летию победы в Великой Отечественной войне (материалы конференции). – Костанай, 2005. – С. 77-79.

2 Количественный состав казахской и переселенческой семьи в разрезе семейно-брачных отношений в Северном Казахстане в конце XIX – начале ХХ века// Валихановские чтения-12: Сбор. мат. Междунар. науч.-практ. конф. (20-22 апреля 2007 года) – Кокшетау: Изд-во Кокшетауского госуниверситета им. Ш. Уалиханова, 2007. – Т. 2. – С. 247-250.

3 Динамика роста городского населения Северного Казахстана в конце XIX – начале ХХ веков// Алдамжаровские чтения: посвященной 70-летию академика Зулхарнай Алдамжар. – Материалы Междунар. науч.-практ. конф. (23-25 мая 2007 года) / Костанайский социально-технический университет. – Костанай: Изд-во КСТУ, 2007. – С. 156-161.

4 Динамика роста численности населения города Костаная на рубеже XIX-XX вв. // Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность: тезисы докладов и сообщений V Международной научной конференции / под ред. Р.М. Жумашева, А.П. Толочко. – Омск: Изд-во Ом. гос. ун-та им. Ф.М. Достоевского, 2007. – С. 97-99.

5 К вопросу о социально-экономическом развитии Кустанайского уезда (губернии) в 1917-1923 гг. //«Проблемы сохранения и изучения культурного и природного наследия Прииртышья». Материалы Международной научно-практической конференции. I том. – Павлодар: ПМПИ, 2008. – С. 163-170.

6 Самовольные и временные переселения в Тургайской и Акмолинской области в конце XIX – начале ХХ веков // Вестник Костанайского государственного педагогического института. – 2008. – №1. – С. 117-122.

7 К вопросу о внедрении в делопроизводство казахского языка в Кустанайском уезде (губернии) в первой половине 1920-х годов // «Парадигма современной науки глазами молодых». Материалы международной научной конференции студентов, аспирантов, молодых ученых,посвященной памяти основателей филиала Т.Ж. Атжанова и А.М. Роднова. – Костанай, 2008 – С. 890-896.

8 Распространение и использование сельскохозяйственных орудий труда и техники в крестьянских хозяйствах Северного Казахстана в конце XIX – первой четверти ХХ века // Вестник Костанайского государственного педагогического института. – 2009. – №1. – С. 46-51

9 К вопросу о межнациональных отношениях в Кустанайской губернии в первой половине 1920-х гг. // Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность: тезисы докладов и сообщений VI Международной научной конференции, посвященной 35-летию Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского и 70-летию Костанайского государственного педагогического института / под ред. А.П. Толочко, А. Кузембайулы. – Омск: Изд-во Ом. гос. ун-та им. Ф.М. Достоевского, 2009. – С. 138-140.

10 Основные причины и уровень смертности в северный регионах Казахстана в первой четверти ХХ века // Казахская цивилизация. – 2009. – № 4 (36). – С. 82-87.

11 Рацион питания местного и переселенческого населения в Северном Казахстане в первой четверти ХХ столетия // Вестник Университета «Кайнар». –2010. – № 1/1. – С. 37-41.

12 Анализ трудового потенциала Северо-казахстанского региона в конце XIX - первой четверти ХХ века // Вестник Карагандинского университета. Серия История. Философия. – 2010. – №3 (59). – С. 40-46.

^ Самаркин Сергей Владимирович

1   2   3

Скачать, 592.78kb.
Поиск по сайту:

Загрузка...


База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru