Загрузка...
Категории:

Загрузка...

Едным юбилеям Курской битвы, события после 12 июля 1943 года в течение десятилетий подавались и до сих пор подаются в упрощенной трактовке двумя-тремя фразами

Загрузка...
Поиск по сайту:


страница2/4
Дата08.03.2012
Размер0.53 Mb.
ТипДокументы
Подобный материал:
1   2   3   4

В отличие от Клюге, Манштейн заявил:

«<…> если говорить о группе «Юг» — сражение вошло в решающую стадию. После успешного отражения атак противника, бросившего в последние дни в бой почти все свои оперативные резервы, победа уже близка. Остановить сейчас битву, вероятно, означало бы упустить победу! Если 9-я армия будет хотя бы только сковывать противостоящие ей силы противника и, может быть, потом возобновит наступление, то мы попытаемся окончательно разбить силами наших армий действующие против нас и уже сильно потрепанные части противника. Затем группа <…> вновь будет наступать на север, перейдет Псел восточнее Обояни двумя танковыми корпусами и, повернув на запад, заставит силы противника, находящиеся в западной части Курской дуги, принять бой с перевернутым фронтом. Чтобы эффективно обеспечить с севера и востока эту операцию, группа Кемпфа должна теперь немедленно получить 24-й тк. Естественно, что сил группы хватит только на то, чтобы продолжать наступление до района южнее Курска. Если же — и после преодоления кризиса на Орловской дуге — 9-я армия не сможет возобновить наступление, мы попытаемся, по меньшей мере, разбить действующие сейчас против нас силы противника так, чтобы мы могли легко вздохнуть»20.

Манштейн полагал, что если 9-я армия Моделя хотя бы сможет сковать войска Рокоссовского, то его группа армий будет в состоянии продолжить наступление. Но даже в этом случае, он не считал возможным продвинуться дальше Курска, Тем самым он признал, что замкнуть кольцо окружения без 9-й армии будет невозможно. Гитлер назначил Моделя командующим одновременно 9-й и 2-й танковой армиями, приказав ему остановить советское наступление в районе Орла и восстановить утраченные позиции. Стало ясно, что нанести решительное поражение противнику в Курском выступе не удастся и что в стратегическом отношении операция "Цитадель" потеряла смысл. В конечном итоге Гитлер, санкционировав переход ГА «Центр» к обороне, в то же время согласился с тем, что ГА «Юг» должна попытаться разбить действующие на ее фронте части противника. Это обеспечивало в последующем возможность снятия части сил с фронта «Цитадели» (приказ на вывод корпуса СС из боя последовал 17 июля). 24-й тк в составе трех дивизий (тгд СС "Викинг", 17-я и 23-я тд), составлявший резерв ГА «Юг», по приказу Манштейна уже был переброшен в район сосредоточения у Харькова. Однако Гитлер запретил вводить его в сражение без разрешения ОКВ, так как к этому времени уже стало известно о подготовке советского Южного фронта к наступлению против немецкой 1-й танковой армии, что создавало серьезную угрозу южному флангу ГА «Юг».

Вопрос о необходимости переброски сил в Италию с Восточного фронта возник лишь после того, как в Риме разразился политический кризис. Там в 5 часов вечера 24 июля собрался «Большой фашистский совет», который заседал до самого утра. Днем 25 июля Гитлер совещался со своими генералами. Они еще не знали о результатах заседания совета (о том, что Муссолини подал в отставку, стало известно только около 10 часов вечера), но обсуждали, какие дивизии и куда нужно перебросить. 25 июля дуче арестовали. И Гитлер решил, что теперь ему нужны в Италии политически надёжные части. 26 июля он отдал распоряжение о выдвижении в район Рима 3-й тгд и переброске в Италию 2-го танкового корпуса СС, как только его дивизии «смогут высвободиться». Но корпус СС, несмотря на решение Гитлера, был оставлен на Восточном фронте для ликвидации многочисленных кризисов, возникших в зоне ответственности ГА «Юг». В Италию была отправлена без танков и другого тяжелого вооружения только тд «АГ».

Таким образом, действия союзников в Сицилии никак не могли стать непосредственной причиной прекращения операции «Цитадель». Вне всяких сомнений, эта операция не была бы прервана, если бы она имела виды на успех. При этом невозможность продолжения наступления группой армий Клюге стоит у Гитлера на первом месте в списке причин, вынудивших его, в конечном счете, прекратить операцию. По мнению Манштейна, основной причиной завершения "Цитадели" также является наступление Брянского и Западного фронтов против ГА «Центр». Начальник его штаба генерал пехоты Т. Буссе дополняет: «<…> обстановка в полосе группы армий «Центр» и в нашей собственной группы армий - в полосе 6-й армии и 1-й танковой армии – вынудила отказаться от продолжения наступления. Красная Армия добилась такого значительного успеха в Орловском выступе, что группа армий «Юг» вынуждена была перебросить некоторые силы в этот район»21. Генерал Раус, также упомянув, что наступление 9-й армии захлебнулось, указал еще одну причину:

«В конечном счете, именно наступление Красной Армии вдоль реки Миус и у Изюма не позволило 4-й танковой армии продолжить наступление до рубежа Псел, Пена. 24-й танковый корпус был введен в бой на южном крыле, и у группы армий «Юг» больше не было стратегических резервов. Инициатива теперь принадлежала русским. Наступление на Курск было отменено <…>»22.

Гитлер, пытаясь оправдаться в неудаче "Цитадели", назвал высадку англосаксов в Сицилии в качестве основной причины. А что ему еще оставалось делать? Мол, все было задумано и спланировано правильно, но вмешались форс-мажорные обстоятельства, Но кардинальные решения редко принимаются по одной лишь причине. На решение прекратить операцию «Цитадель» повлиял целый комплекс причин: неожиданно упорное сопротивление советских войск, которое привело к срыву всех графиков наступления на юге и на севере курской дуги; большие потери немцев в живой силе и технике; наступление трех советских фронтов на орловском направлении и очевидная угроза на Миусе. В какой-то мере повлияла и высадка союзников в Сицилии: она стала последней «каплей, перевесившей чашу весов» при принятии Гитлером решения о прекращении операции "Цитадель". Так что определенный вклад в развитие дальнейших событий под Курском союзники внесли. И отрицать его не стоит: дивизии, переброшенные в Италию с Запада, могли бы оказаться на Востоке. Но не высадка союзников на острове Сицилия остановила немецкое наступление под Курском. Его остановили советские бойцы и командиры.

Но вернемся под Курск. Наступление ГА «Юг» с ограниченными целями должно было проходить уже в рамках операции «Роланд», план операции которой продолжал разрабатывать штаб группы армий23. Командование ГА «Юг» не теряло надежды нанести максимальные потери советским войскам. Оно рассчитывало односторонним охватом окружить и разгромить основные силы русских, находившиеся в юго-западной части Курского выступа. Манштейн вернулся из ставки Гитлера 16 июля. Он вспоминал:

«После <…> совещания с обоими командующими армиями 16 июля были изданы приказы <…> нанести удары противнику еще до окончания битвы в районе Курской дуги». При этом 4-я ТА армия Гота должна была «двумя короткими ударами на север и запад окончательно разбить части противника … южнее Псела». Армейская группа «Кемпф» должна была «прикрыть атаки 4 ТА, действуя в восточном направлении, и одновременно во взаимодействии с 4 ТА уничтожить группировку противника, окруженную на стыке между обеими армиями24.

О каком окружении на стыке обеих армий южнее р. Псел 16 июля могла еще идти речь? Здесь Манштейн, видимо, запамятовал. Предварительное распоряжение о подготовке к операции «Роланд» было принято 2 тк СС 15.7 в 23.15. Окружение к этому времени уже состоялось, но основные силы наших войск вырвались из него. Что ж, такие вещи, когда путают даты и очередность событий, в мемуарах встречаются.

Из воспоминаний фельдмаршала: «<…> К сожалению, из этих планов ничего не получилось. <…> 17 июля ОКХ приказал немедленно снять весь корпус СС и направить в его распоряжение. В связи с таким уменьшением сил командование группы было вынуждено отказаться от запланированных ударов <…> и вернуть армии на исходные позиции»25. В своих мемуарах Манштейн утверждает, что Гитлер, запретив использовать в переломный момент сражения резервный 24-й тк, лишил его заслуженной победы. При этом он не прочь свалить вину на ОКХ, на Гитлера, на плохие дороги (к сожалению, летом нельзя было упомянуть о «генерале Мороз») - на кого угодно (это присуще почти всем военачальникам при постигшей их неудаче). Обосновывая свое версию об «утраченной победе», фельдмаршал входит в противоречие с фактами, делая, по нашему мнению, «хорошую мину при плохой игре».

Для осуществления новой операции необходимо было перегруппировать силы. И такая перегруппировка, в том числе и эсэсовских частей, действительно началась, но когда и с какой целью? В 3.00 17 июля усиленный 1-й танко-гренадерский полк тд «АГ» был передан в подчинение дивизии «МГ». Действуя на ее правом фланге, он отразил атаку вражеского батальона, поддержанного 10-ю танками. 2-й тгп доложил, что подорвал мостик через противотанковый ров и заложил 50 мин26. Полк «Фюрер» тд «ДР», занимавший позиции восточнее, также переподчиняется дивизии «МГ». Но если включение 16 июля 167-й пд, входившей до этого в состав 4-й ТА, в состав 3-го тк (она должна была с 15.00 сменить части 19 и 7 тд) еще можно было объяснить подготовкой к проведению операции «Роланд», то переподчинение отдельных частей СС дивизии «МГ» в эти рамки не укладывается. Это больше походило на подготовку к выходу из боя дивизий «АГ» и «ДР». При этом перечисленные части должны были сыграть роль прикрытия. Еще раньше – 15 июля - Хауссер решил вывести с плацдарма основные силы тд «МГ», в том числе ее танковый полк. Это еще один признак подготовки к отводу войск: сам он такого решения принять не мог!

В 13.00 17 июля командование корпуса СС информировало свои части о серьезном изменении в обстановке, которое ожидалось в самое ближайшее время (командирам дивизий сообщили подробности). В 17.20 17 июля дивизии «АГ» и «ДР» уже получили распоряжения на марш. В 18.00 в соответствии с полученными распоряжениями командиром тд «АГ» был отдан приказ № 19, согласно которому, ей надлежало направиться в район к западу от Белгорода.

Все это говорит о том, что Манштейн уже 16 июля, а может быть и раньше, знал и готовился к отводу соединений 2-го тк СС. Он уже думал не об операции «Роланд», а о том, каким образом без серьезных последствий вывести корпус из боя. Несомненно, знали об этом и Гот, и Хауссер. Гитлеровское командование получило данные о готовности советских Юго-Западного и Южного фронтов к переходу в наступление. В этих условиях ни о какой наступательной операции, даже частной, уже не могло быть и речи. Фельдмаршал лишь делает вид, что у него «украли победу» в самый последний момент. Он говорит о «сражении, прерванном на полпути, о победе, подаренной врагу незадолго до ее достижения»27.

Правда же заключалась в том, что в зоне ответственности ГА «Юг», в которую входил весь южный фланг советско-германского фронта (кроме Крыма), произошли серьезные изменения. Войска двух советских фронтов 17 июля перешли в наступление. 8-я гв. армия Юго-Западного фронта на изюм-барвенковском направлении захватила на правом берегу Северского Донца плацдарм шириной по фронту около 30 и глубиной 10-12 км. Войска Южного фронта в первый же день наступления прорвали хорошо подготовленную оборону немцев и захватили плацдарм на р. Миус. 24-й танковый корпус, последний резерв группы армий, пришлось «раздергивать» на части, чтобы ликвидировать возникшие кризисы. Переброшенный к Изюму 24-й тк в составе двух дивизий - 5-й тд СС «Викинг» и 17-й тд (всего 112 танков и 6 штурмовых орудий) -контрударом остановил дальнейшее продвижение наших войск. Войска 8-я гв. армии были вынуждены перейти к обороне, продолжая удерживать плацдарм шириной 25 и глубиной 5 км.

На Миус-фронте у немцев в резерве оставалась 16-я мд, в которой на 17 июля было 36 танков и несколько батарей штурмовых орудий. К вечеру следующего дня в дивизии осталось всего 20 танков. В этот же день Манштейн направил туда 23-ю тд из состава 24-го тк (56 танков и 7 штурмовых орудий). По просьбе командования 6-й армии 22 июля туда перебросили и управление 24-го тк с корпусными частями, которое возглавило обе дивизии28. Но принятых мер оказалось недостаточно, чтобы остановить наступление русских. Так что 2-й тк СС в любом случае пришлось бы выводить из боя, чтобы использовать в качестве «пожарной команды» для ликвидации возникающих кризисов.

С выводом корпуса СС, а затем и других танковых дивизий сразу возникал вопрос о возможности удержания района вклинения протяженностью до 150 км по фронту и глубиной 35 км силами пехоты, которой и так не хватало. Учитывая возможность ударов советских войск под основание захваченного плацдарма, командование группы армий «Юг» решило не рисковать отвело войска на хорошо подготовленный рубеж, который они занимали до начала наступления. За счет почти двукратного сокращения фронта появилась возможность часть сил вывести в резерв.

Несколько слов о возможных перспективах поворота армии Гота для удара на запад, о котором говорит Манштейн. На наш взгляд этот вариант представляется весьма сомнительным предприятием. В течение недели немцы действиями 48-го тк в западном направлении пытались охватить и разгромить войска 1-й ТА генерала Катукова – не получилось. Вряд ли это удалось бы осуществить при изменившемся в нашу пользу соотношении в силах. То, что немцы не смогли сделать, имея полторы тысячи танков, нельзя было совершить с пятьюстами, одновременно удерживая фронт вклинения. За счет отремонтированных машин и полученного пополнения соединения 5-й гв. танковой армии в значительной мере восстановили свою боеспособность. К 16 июля в ней насчитывалось уже 419 танков и 25 САУ (а с учетом находящихся в пути и ремонте – 656)29. С 14 июля в состав Воронежского фронта была включена 27-я армия с 4 гв. тк (255 танков).

Кстати, Гот до начала операции «Цитадель» считал, что одна группа генерала Кемпфа будет не в состоянии уничтожить крупные танковые резервы русских, расположенные восточнее Курска, и предполагал привлечь для их разгрома 4-ю танковую армию с ее обоими танковыми корпусами. Расчет Манштейна на то, что ослабленная группа генерала Кемпфа, даже усиленная 24-м тк, сможет противостоять двум советским фронтам и обеспечить фланг и тыл 4-й танковой армии Гота, ни на чем не основан. На утро 16 июля в 3-м танковом корпусе насчитывалось всего 68 боеспособных танков (в том числе 15 «тигров») и 17 штурмовых орудий (228 отб)30. Осуществление операции «Роланд» только способствовало бы успеху контрнаступления Воронежского и Степного фронтов. В более благоприятной обстановке в этом случае действовали бы и войска Юго-Западного и Южного фронтов. Стратегически, да и в оперативном отношении исход курской оборонительной операции был уже предрешен, несмотря на некоторые просчеты, допущенные нашим командованием, и неудачи в тактическом плане.

Рассмотрим, как развивались боевые действия на южном фасе курского выступа на завершающем этапе оборонительной операции. В военной энциклопедии об этом периоде сказано кратко: «<…> Опасаясь окружения своих войск, <…> противник 16 июля начал планомерный отвод главных сил в исходное положение. Войска Воронежского, а в ночь на 19 июля и Степного фронтов перешли к его преследованию и к 23 июля вышли на рубеж Черкасское, (иск) Задельное, Мелехово и далее по левому берегу р. Северский Донец. В основном это был рубеж, занимаемый сов. войсками до начала операции»31.

Указанная дата начала отвода главных сил противника вызывает сомнение и не подтверждается данными немецкой стороны. Признаки какой-то перегруппировки сил противника появились в ночь на 17 июля. Поэтому каждой дивизии первого эшелона было приказано выделить по одному стрелковому батальону для проведения с утра 17 июля разведки боем, чтобы определить истинные намерения противника и взять контрольных пленных. Тем не менее, командующий фронтом в этот день потребовал от войск продолжать совершенствовать оборону. Получилось, что противник начал отводить свои танковые дивизии, явно готовясь к оставлению захваченного плацдарма, а войска фронта, выполняя приказ Ватутина, продолжали готовиться к упорной обороне!

По мнению Жукова, обстановка для перехода в контрнаступление (стратегическое. – Л.Л.) на белгородско-харьковском направлении к 20 июля полностью определилась. Тем более что Юго-Западный и Южный фронты начали наступление еще раньше - 17 июля. Однако наступление Воронежского и Степного фронтов, вопреки утверждению военной энциклопедии, не переросло в преследование, а свелось к вытеснению противника с захваченной территории. Поскольку нашим войскам не удалось с ходу вклиниться в оборону противника, их действия в этот период стыдливо назвали «контрнаступлением в целях восстановления утраченного положения». По словам Жукова, ему и Василевскому стоило большого труда доказать Сталину необходимость не спешить и начинать операцию «Румянцев» только тогда, когда она будет всесторонне подготовлена и материально обеспечена. Фактический переход в стратегическое контрнаступление на юге был осуществлен только 3 августа. Почему так произошло? Почему войска Ватутина не перешли немедленно в преследование, и почему Степной фронт не подключился к нему сразу с обнаружением отвода главных сил противника? Попытаемся ответить на эти вопросы. Тем более что ход боевых действий на завершающем этапе оборонительной операции, насколько известно автору, никогда подробно не рассматривался. Почему – станет ясно из дальнейшего рассказа.

Манштейн придавал большое значение обеспечению скрытности мероприятий, проводимых при подготовке к выводу из сражения танковых дивизий и к общему отходу. Он не без оснований опасался внезапных ударов русских именно в момент перегруппировки. Но скрытно отвести в тыл большое количество бронетехники и автотранспорта не удалось. Согласно данным авиаразведки фронта, 17 июля с 7 до 14 часов из района Комсомолец в направлении на Бол. Маячки и Покровку прошло 12 колонн противника, в которых насчитывалось до 550 танков и самоходных орудий и до 1000 автомашин. Видимо, отвод тыловых частей противника и эвакуация поврежденной бронетехники начались раньше – в ночь с 16 на 17 июля, что и было зафиксировано нашей разведкой. При этом некоторые командиры, спеша покинуть опасный район в установленные сроки, не очень соблюдали меры маскировки.

Наше командование сделало вывод, что противник начал отвод главных сил группы армий «Юг». По всем канонам с обнаружением отхода противника все командиры начинают преследование, не ожидая приказа старшего начальника, и в той группировке, в которой войска находились к началу его отхода. Казалось бы, надо немедленно использовать благоприятно сложившуюся обстановку, чтобы разгромить противостоящие части прикрытия и сорвать планомерный отход противника. Однако тяжелые потери армий вынудили Ватутина обратиться с просьбой дать войскам фронта время на приведение частей в порядок и необходимую перегруппировку (он просил двое суток). В ответ Ставка приказала войскам 40–й армии наступать с утра 17.7.43. Жадову и Ротмистрову было разрешено начать активные действия с 18.7.4332. В течение 17-19 июля соединения 5-й гв. танковой армии продолжали приводить в порядок материальную часть (на 19 июля 180 танкам требовался средний и текущий ремонт).

Преследование отходящего противника в это время предполагалось вести сильными передовыми отрядами. Но части прикрытия противника, находившиеся в непосредственном соприкосновении с нашими войсками, оказали им ожесточенное сопротивление. Особенно сильные заслоны противник выставил на направлении действий 5-й гв. танковой армии. Передовые отряды соединений армии в течение 17 июля, оттеснив противника на 4-5 км, после упорного боя заняли урочище Ситное, балку Моложавая, совхоз Комсомолец и Сторожевое, но были остановлены перед первым промежуточным рубежом противника. Соединения 5-й гв. армии 18 июля, наконец, овладев высотой 226.6, форсировали Псел и выбили противника из Козловки и Кр. Октябрь. 19 июля они заняли Кочетовку и северную окраину Грезное, но дальше продвинуться не смогли. Части 6 гв. армии сумели захватить только высоту в районе с. Верхопенье. В связи с большими потерями наступление пришлось приостановить.

Главные силы Воронежского фронта были введены в бой 20 июля. Командующий потребовал к 15.00 овладеть рубежом Быковка, Яковлево, а к исходу дня – Томаровкой. Это на глубине 40 км, за главной полосой обороны противника! Стремление Ватутина на плечах отходящего врага ворваться в глубину его подготовленной обороны понять можно. Такая задача уже ставилась им при вводе в сражение двух свежих и полнокровных гвардейских армий. Теперь ее должны были выполнить войска фронта, потерявшие к 21 июля не менее 100 тыс. солдат и офицеров33. К тому же в связи с передачей Степному фронту 7-й гв. и 69-й армий из состава фронта убыло: сд – 17, иптабр – 3, иптап – 8. пап РГК – 5, минп – 3, гв. мп – 3, зенитных дивизий – 2, отдельных зенитных полков – 4, батальонов ПТР – 11, тбр – 3, тп -334. К этому времени из состава 5-й гв. танковой армии были выведены в резерв Ставки 2 гв. тк, 16 и 80 гв. минометные полки. Зато Ставка и Генштаб, получавшие копии всех приказов и распоряжений командующего фронтом, могли убедиться, что командующий фронтом правильно понял требования Верховного Главнокомандующего.

Но при этом опять совершенно не учитывалась сила сопротивления противника, который тщательно подготовился к отводу войск и отражению попыток русских сорвать их планомерный отход. Боем на промежуточных рубежах Манштейн планировал нанести им максимальные потери и выиграть время для эвакуации бронетехники, скопившейся на сборных пунктах и в ремонтных мастерских. Так, из оставшихся в 39-м отп к началу отхода (с учетом пополнения) 105 «пантер», в строю оставался 31 танк, остальные нуждались в ремонте. Причем 55 вышедших из строя танков T-V нужно было эвакуировать в ремонтные мастерские полка в район Борисовки. Для этого имелось всего три ремонтно-эвакуационных машины "Bergepanther" и 20 тягачей35. Время требовалось и для подготовки обороны на более выгодном рубеже, чем тот, с которого немцы начали наступление. При отходе противник угонял с собой местное население (несколько тысяч человек, в том числе всех мужчин старше 14 лет) и скот.
1   2   3   4

Скачать, 168.13kb.
Поиск по сайту:

Загрузка...


База данных защищена авторским правом ©ДуГендокс 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
наши контакты
DoGendocs.ru
Рейтинг@Mail.ru